Книга Развод по правилам и без, страница 30 – Лана Ривера

«Пытаться». Он не говорит «обещаю». Он говорит «пытаться». И в этой честности — больше уважения, чем в пустых заверениях.

— Тогда договорились, — говорю я.

— Спасибо. — Он улыбается — коротко, тепло, и впервые за всё время я вижу, как его лицо становится мягче. — А теперь, раз мы всё уладили, расскажите, как вы видите квартиру. Вы сказали, что свет в феврале будет падать особенным образом. Я хочу понять, что вы имели в виду.

Мы идём дальше, и я начинаю говорить. О том, как январское солнце входит в окна под острым углом, как оно ложится на паркет, как можно использовать это, чтобы зонировать пространство. О том, как лепнина на потолке — это не проблема, а преимущество, если правильно её обыграть. О том, как я вижу кухню — не той, что есть сейчас, а той, которая может быть: лёгкой, воздушной, с акцентом на окно, через которое утром будет литься свет.

Он слушает. Не перебивает. Иногда кивает, иногда задаёт вопросы — короткие, точные, как его наброски на планшете. И я чувствую себя... живой. Не тенью, не «нестабильной» Анной, которую обсуждают за спиной. Просто дизайнером, который говорит о своей работе, и её слышат.

Мы подходим к скамейке у воды, и я замечаю, что прошёл почти час. Солнце поднялось выше, и теперь оно греет — по-осеннему слабо, но всё же ощутимо.

— Я не хочу забирать у вас всё воскресенье, — говорит он, останавливаясь. — Вы, наверное, устали.

— Не устала, — отвечаю я, и удивляюсь, что это правда.

Он смотрит на меня с лёгкой улыбкой.

— Тогда ещё один вопрос. — Он делает паузу, и в этой паузе снова появляется та самая бесцеремонная уверенность. — Вы готовы работать со мной напрямую? Не через студию? Я не хочу, чтобы вы чувствовали давление, но если вы скажете «да», я предложу вам условия, которые вас устроят. Если скажете «нет» — я продолжу работать через студию, но с вами как ведущим дизайнером.

Он говорит это ровно, но я вижу, как он смотрит на меня. В его взгляде нет давления, но есть спокойная уверенность человека, который привык получать то, что хочет. Он знает, что я скажу «да». И это одновременно раздражает и заставляет меня расправить плечи.

— Я подумаю, — говорю я. — Мне нужно время.

— Конечно. — Он кивает, и в его улыбке мелькает что-то похожее на одобрение. — Я не тороплю. Но я буду ждать вашего ответа. И, Анна, — он делает паузу, — если вы скажете «да», я сделаю всё, чтобы этот проект стал лучшим в вашей карьере. Я умею ценить то, что выбираю.

Мы стоим у воды. Где-то вдалеке — дети, которые запускают бумажные кораблики в осенней луже. Я смотрю на них и думаю о том, что я только что сказала. «Я подумаю». Раньше я бы сказала «да» сразу — потому что боялась потерять возможность. Или «нет» — потому что боялась риска. А сейчас я говорю «подумаю». И это новое чувство — выбирать, не торопясь, не под давлением.

— Анна, — говорит он, и я поворачиваюсь к нему.

— Да?

— Я рад, что вы пришли. — Он не улыбается, и в этом — что-то важное. — Мне нужно было, чтобы вы знали: я не считаю вас проблемой. Я считаю вас решением.

Он протягивает руку, и я беру её. Короткое рукопожатие — тёплая ладонь, сухая, уверенная. Я чувствую, как его пальцы сжимают мои на секунду дольше, чем нужно для формальности. И отпускают.

— Я напишу вам завтра, — говорю я. — Насчёт условий.