Онлайн книга «Судьба играет в куклы»
|
Это была середина лета сорок третьего – запрудил июльский ливень с грозой, слякотно вокруг, мокро. В блиндажике потолок низкий подкапывает, подтекает. И он карандашом – тук-тук, тук-тук-тук… «Ну что, Анна Бондарь, – поднял на меня взгляд, – хоть и солдат ты старательный, а к зенитному делу у тебя нет склонностей, да и руки слабоваты». Я вздохнула, ну, думаю, все, отправят меня сейчас восвояси. «Разрешите обратиться, товарищ капитан?» – меня уж тогда солдатской дисциплине выучили. «Знаю, знаю, что ты мне сказать собираешься, да пустое это». Я стою, держусь, но так тошно на душе, хоть плачь, да нельзя плакать, солдатам не положено. А командир развернулся ко мне: «А вот скажи-ка ты мне, сержант Бондарь, правду говорят, что вы на спор с красноармейцем Овсянниковой из винтовки по мишеням стреляли? И ты спор-то и взяла?» Все, думаю, сейчас меня не просто выгонят, а отправят в штрафбат. Мы действительно с Валькой Овсянниковой поспорили, кто в дождь вечером в сумерках в консервную банку попадет. Расстояние там – метров двести было, не меньше. Вот я и попала, а Валька-хвастунья – нет. Смотрит командир Кулич вопросительно, строго – не обманешь. Я вздохнула, да разом и выпалила: «Так точно, товарищ капитан. Стреляли. Виновата. Готова понести заслуженное наказание». «Это обязательно, – капитан Кулич встал надо мной каланчой, – только неужели ты и попала в мишень в темноте с дальнего расстояния?» «Так точно, товарищ капитан», – снова затараторила я. «Хм…» – он снова начал прохаживаться взад-вперед, едва не задевая головой потолок. Я слышала, как наверху за бревенчатым потолком шел дождь и шумела летняя листва. А он все ходил, разминая в руках сигаретку. Потом остановился, повернулся: «Вот что я думаю, сержант Бондарь, перво-наперво – получишь ты серьезное взыскание. До штрафбата такой проступок недотягивает. И… через два дня отправишься в снайперскую школу на обучение. Такому таланту пропадать нельзя». Я стою, гляжу на него, не понимаю. «Ну, что скажешь, Анна?» – улыбнулся в усы командир. «Так точно, товарищ капитан! Слушаюсь, товарищ капитан!» «Вот и молодец! – он чуть отошел от меня. – Послужим Родине?» «Послужим, – я тоже улыбнулась, но потом спохватилась: – Рада стараться, товарищ капитан!» «Вот и отлично! – он сделал шаг и приоткрыл дверь. – Пойдем». По дороге обратно я встретила ту самую Вальку Овсянникову, девка она была видная, умная, студентка из Ленинграда. «Валь, – я ее остановила, – а снайперы – это кто?» Глава 13 И после той снайперской школы меня и еще одну девочку – Олю Бурдашевскую – отправили на Калининский фронт, в 204-ю стрелковую дивизию, где мы с Васей-то и встретились. Помню я наше боевое крещение. Холодно уже тогда было, конец ноября – земля за ночь промерзала до своего нутра. И мы – две зеленые, необстрелянные девчонки, замаскировались, лежим на животиках, землю греем. Она была чуть постарше – двадцать два года, высокая, волосы русые, не очень длинные, но курчавые, глаза цвета ясного неба, высокая, красивая, и рядом я – кареглазая, худая да маленькая, ниже ее почти на голову. К тому времени я косы свои длинные обкромсала, уж больно много с ними оказалось мороки. И была у меня простая стрижка – до плеч. Сейчас это называется «каре». Такая вот была парочка. |