Книга Убитые девушки, страница 90 – Хизер Критчлоу

Наконец последняя пара встает и направляется в гостиную. Лейла несет им кофе и ассорти из пирожных, глядя на луну, поднявшуюся высоко над деревьями и посеребрившую газон. Вернувшись на кухню, Лейла видит, как шеф протирает стойки, инспектирует холодильники – выполняет ту работу, которую обычно оставляет для молодых. Лейла ищет Стивена. Ей нужно с ним поговорить, объяснить ему все, попытаться вразумить.

— Я отправил его домой.

Лейла вздрагивает и резко поворачивается при словах шефа.

— Пусть отдохнет сегодня вечером, – продолжает тот.

— Мне надо с ним поговорить.

Шеф-повар мотает головой:

— Не этим вечером. Сегодня не стоит.

Лейлу так и подмывает его послать. Нечего совать нос в чужие дела! Слова уже готовы слететь с языка. Но что-то в глазах шефа останавливает девушку. Он делает это ради Стивена. И потому, что чувствует что-то такое, чего не может понять Лейла. Это ее и пугает.

Кэл

Элли стоит на крыльце очень близко, но Кэлу кажется, будто он видит ее в подзорную трубу. Корабль их брака терпит крушение, и, если им не удастся обойти подводные камни, причем в ближайшее время, его уже не спасешь.

— Ты приехал домой? – Скрестив руки на груди, Элли прячет глаза, в которых смесь надежды и дурного предчувствия. – Мне не верится, что Энди мог так поступить. Я очень сожалею, Кэл. Как твоя мама? В порядке?

— Не знаю. – Ему так хочется сбросить неловкость, сковавшую его тело.

— Она мать…

Кэл чувствует, что Элли пытается его понять.

— Но я сейчас здесь по иной причине. Нам нужно поговорить о Крисси.

Элли хмурится:

— О Крисси? Что произошло?

Кэл оглядывается. Вдалеке трактор собирает тюки сена. Ни одной живой души. Но Кэл чувствует себя под прицелом чужих взглядов.

— Давай обсудим все в доме.

Элли открывает бутылку вина. Кэл ждет, пока она нальет два бокала. На долю секунды он ощущает себя скорее изнуренным сообщником-заговорщиком, нежели партнером. Жена пахнет живицей и солнечным светом. Она начинает плакать, когда Кэл рассказывает ей о снимках и шрамах на руках их дочери.

— И как давно все это?

— С Рождества. Крисси была немногословной. Только показала мне несколько сообщений. Они ужасны.

— Ты видел?

— Фотографии? – Кэл пожимает плечами. – Нет, Крис удалила их из своего телефона. Говорит, что тот мальчишка их не рассылает. Просто как бы случайно показывает другим ребятам.

— Мне следовало догадаться, что с ней действительно случилась беда, – растирает по лицу слезы Элли. – Как же я не поняла?

— Не только ты. Я тоже не догадался.

— Но я все время дома. Я должна была понять!

— Я просто оказался рядом с ней в нужный момент, – говорит Кэл. – Она могла рассказать это любому из нас.

Втянув носом воздух, Элли отпивает вино и прикрывает глаза:

— Слава богу, что она призналась тебе.

Кэл молчит, сознавая их общий провал. Да, они не были зациклены на дочери. Но и необходимости в жестком контроле тоже не возникало. Крисси всегда отличалась здравомыслием и с пониманием относилась к их беспорядочной жизни.

— И что нам делать? – беспомощно спрашивает Элли.

— Крисси не может вернуться в ту школу, – говорит Кэл. – Оно того не стоит.

— У нее же экзамены на носу.

Кэл пожимает плечами:

— Она и так их сдаст. Это всего лишь проверка знаний, да альбом осталось завершить. Она может это сделать и дома. А на будущий год подыщем для нее другую школу, может быть колледж. Я позвоню кое-кому.