Книга Секреты мертвых, страница 66 – Хизер Критчлоу

Кэлу было нужно, чтобы кто-то присутствовал рядом – тот, кто точно находится на его стороне.

— Почему ты молчишь? – спрашивает Шона.

Обвив руками ее талию, Кэл притягивает ее к себе.

— Не хочу, чтобы ты уезжала. Боюсь тоски воскресной ночи.

Шона целует его в шею:

— У нас впереди еще одна ночь.

— Знаю. Просто уик-энд пролетел очень быстро.

— Да, слишком быстро, – тон Шоны меняется. Похоже, она тоже думает о работе.

Укрывшись от ветра в тесном кольце каменной пирамиды, они пьют кофе из общего термоса.

— Прости, я и на тебя нагнал тоску.

— Нет, просто иногда бывает тяжело. Работа, на которой ты постоянно сталкиваешься со смертью, накладывает на тебя отпечаток.

— Я никогда не думал об этом в таком ключе.

Откинув волосы назад, Шона заглядывает ему в глаза:

— Тебе никогда не хотелось работать в сфере градостроительства или в бюро путешествий?

— Мне трудно представить себя в другой профессии.

Протянув руку, Шона сжимает его кисть:

— А что ты думаешь о своем новом проекте? Сара, наверное, счастлива?

Кэл вспоминает возглас облегчения своего нетерпеливого продюсера.

— Она очень обрадовалась. Но, по-моему, она думает, что я взмахну волшебной палочкой и поднесу разгадку ей на блюдечке. А я не уверен, что на сей раз расследование будет простым. Такое впечатление, что убийца взялся из ниоткуда и исчез в никуда. Как киллер, подосланный мафией. Возможно, в прошлом Брайони есть что-то такое, что все расставит по местам. Надеюсь, мне удастся найти ответы.

— А ее муж? Он ни при чем?

— Энгес? Возможно, ни при чем. Но существует вероятность, что к этому убийству не причастен ни он, ни кто-либо из местных. Просто Брайони оказалась не в том месте не в тот час. И тогда мы ничего не узнаем.

— Ты все выяснишь. Я знаю, ты распутаешь и это дело. – Наклонившись, Шона целует его.

Он ощущает тепло, разливающееся по их телам, хотя ветер стал еще холоднее.

— Спасибо, что выбралась сюда на выходные. Так рад видеть тебя. Все смотрят на меня так, словно у меня есть тайный план.

— Так и есть, – смеется Шона.

Они собираются в обратный путь по каменистому полю вдоль обнаженного горного кряжа. Кэлу нравится непостоянство здешних туч – они то нависают над их головами сплошным покровом влажной серости, то расходятся в разные стороны, являя их взору клочок голубого неба.

Обратный спуск по склонам дается им с трудом – тропа сложная, а тучи теперь сгустились, затуманив прекрасный вид и заставив их чувствовать себя отрезанными от остального мира.

При спуске по крутому скалистому участку тропы Кэл оглядывается назад – он уверен, что в мглистой дымке кто-то промелькнул. Овца, должно быть, или олень? Нет, ничего. Он сам себя пугает, только и всего.

Они с Шоной прижимаются к стене утеса, пытаясь укрыться от начавшегося дождя, холодные иглы колют лицо.

— Поразительно, как быстро здесь все меняется, – дивится Кэл. Он вспоминает чистое небо на вершине.

— Да. И сельчане здесь выносливые, – говорит Шона, разламывая батончик «Марс» и отдавая половинку Кэлу.

Но стоит ему вонзить зубы в сладкую шоколадно-карамельную массу, как на него снова накатывает странное ощущение: будто над ними кто-то движется, будоража каменистую осыпь. Это действует на нервы.

«Ничего там нет. Расслабься», – повторяет себе Кэл.