Книга Между смертью и смертью, страница 24 – Юрий Соколов

— Обещаю попытаться. Только сильно-то себя надеждами не тешь. Еще неизвестно, получится ли.

Меж тем мы с хозяином «Династии» уже шли по холлу. Георгиус шествовал в совершенно особой манере: вроде меня вел, и в то же время как бы постоянно уступал дорогу, словно надеялся, что я пройду вперед. Он сдержанно расхваливал достоинства своего заведения, сопровождая слова мягкими жестами, — в общем, был само гостеприимство.

Широкая лестница привела нас в коридор второго этажа: тоже широкий, с массивными резными дверями. Георгиус распахнул одну из них и радушно мне улыбнулся — проходи, мол, располагайся!.. Н-да, такого я еще не видел. Даже в Зальме, где мы с Джейн жили в апартаментах для самой вроде бы знати. Но то ли Зальм — город, по сути, пролетарский, бывший в свое время всего лишь перспективным; то ли Зосс, имеющий стратегическое значение для государства. Не зря же эльвейские короли толкались тут столь часто, что им требовалась постоянная база.

Предложенное мне помещение было не то чтобы большим — в самый раз для члена королевской свиты со старшим оруженосцем. Который одновременно и командир младших оруженосцев, и привилегированный слуга, и доверенное лицо, и доставала всяких ништяков, кои потребны его патрону для получения полного удовольствия от существования. Главному холую отводилось место у двери. Здесь стояла предназначенная ему отдельная кровать. И отдельный же сундук. И персональная стойка для доспехов. А кроме того — высокий столик с наклонной крышкой, стоя за которым можно что-то быстро написать под диктовку. Вся мебель — безупречного качества. Там, где была необходимость в металле, или просто для украшения, использовалась медь — с чеканкой, гравировкой. В совокупности холуево хозяйство занимало четверть комнаты.

Дальше, за ажурной перегородкой с широкой аркой посредине, начиналась территория патрона, блещущая серебром. Стоящая здесь кровать была выше, несравненно богаче, под балдахином. Площадь ее легко позволяла уложить кого-нибудь еще, а не только спать самому. Сундук напоминал увеличенную во много раз шкатулку для драгоценностей. Рядом с ним обосновался платяной шкаф. Напротив — стол со стулом. Ближе к витражному окну — удобнейшее кресло с маленьким столиком по одну сторону и напольным канделябром по другую. Над креслом висела книжная полка. Она не пустовала: ее занимали томики летописей, сказаний, преданий, сборники историй о подвигах героев и тому подобная литература, предназначенная для заполнения досуга увлекательным, и в то же время полезным чтением. Картины умелых живописцев прекрасно дополняли интерьер. Плюс несколько статуэток. Плюс стойка для доспехов господина, конечно же! Размером с рекламный стенд оружейного цеха. Рассчитанная на боевой и турнирный комплекты лат, со всеми прилагающимися мечами, пиками и палицами.

Кроме того, на стене у шкафа висело зеркало. Да, одно из чертовых зеркал, что мне так редко встречались на Аусанге. Скромное — в одну восьмую зеркала Жюстины. Но мужчине больше зачем? Только чубчик глянуть — не растрепался ли. Хотя кренделю благородных кровей и того не нужно. Старший оруженосец за внешним видом проследит. А не проследит — разжаловать его в рядовые.

Золота на отделку номера не пошло ни грамма. И не от скупости заказчиков, конечно. Очевидно, золото в «Династии» предназначалось лишь для королевских покоев. Чтобы каждый из заезжавшей сюда в прошлом команды лучше чувствовал свое место в иерархии. Дома ты как угодно живи — хоть в дерьме, хоть усыпанный бриллиантами. А на людях должен соответствовать чину. И обстановочку тебе подгонят тоже по чину.