Книга Эпоха Опустошителя. Том VI, страница 58 – Вел Павлов

Само собой, для постояльцев дворца мои отношения с валькирией не стали секретом, ведь ни я, ни Фьётра не думали их скрывать. Правда, порой приходилось ловить на себе задумчивые взгляды Хаззака и его жен, либо завистливые взоры сыновей наставника, но по неизвестным причинам самыми недовольными являлись лишь две представительница женского пола: Нисса и Кайса.

Позиция Кайсы на мою близость с Фьётрой оказалась вполне объяснима, а вот поведение Ниссы… удивило. Не сказать, что девица мне не нравилась, вовсе нет. Просто ни я, ни она никогда не подавали каких-либо знаков, что наши отношения можно перевести в более интимную плоскость.

— Эй, Ранкар, хорош спать! — пробурчал Рамас. — Просыпайся.

— Юный лорд, начинается, — восторженно выпалил Натан.

Все вялотекущие мысли в мгновение ока отошли на второй план, а стоило Высшему Суррогату и безопаснику притихнуть, как слух уловил звуки яростной битвы и разлепив чуть веки, я взглянул в нужном направлении. Для многих такая сцена могла показаться ожесточенным сражением, ведь иначе и быть не могло. Изувер сражался с небесной воительницей. Аххес против северянки. Два непримиримых врага пытались дотянутся до друг друга, злополучной сталью. Эссенция совершенного не просто подавляла магию молнию и эссенцию валькирии, он в достаточно сокрушительной манере теснил противницу. Само собой, наставник использовал клинок деспота, а Фьётра обходилась обычными клинками. Оба хоть и обладали эссенциями пятого масштаба, но невооруженным глазом через несколько секунд становилось понятно, что Дэймон сдерживается.

За таким редким зрелищем прибыли понаблюдать практически все из основной ветви дома Хаззак, включая Кайсу и всех безопасников.

Секунд через тридцать Дурёха стала отставать от оппонента по всем фронтам, но и тяжелая отдышка наставника начала бросаться в глаза. Годовой перерыв без практики сказался как на небесной воительнице, так и на деспоте. Так что в данном спарринге всё будет решать боевой опыт.

Дэймону давно было под шестьдесят. Стыдно признаться, но спустя столько времени, спустя столько проведенных ночей рядом, возраста валькирии, я не удосужился узнать. Однако если взглянуть на её опыт и поведение, на то, что в послушницах она находилась с самого детства, а также опираясь на возраст её отца, что был в какой-то степен был равен возрасту Изувера, то Фьётре сейчас где-то в районе тридцати. Может малость больше. Само собой, женская красота в мире Вечного Ристалища оказалась делом наживным, ведь магия Жизни творила чудеса, а чистокровные аристократы весьма трепетно относились к внешнему виду. Множество благородных предпочитали брать себе в жены девушек с незапятнанной репутацией и внешними данными, что были дарованы им от природы. Вот только магия Жизни настолько укоренилась в сознании разумных, что порой отличить настоящую внешность от приобретенной оказалось чересчур сложно.

— Ожидаемо, — хмыкнул с толикой довольства Натан, ткнув меня под бок. — Глава почти победил.

Как бы Фьётра не старалась, как бы не использовала свой обширный арсенал на основе молнии и с каких бы ракурсов не атаковала наставника, всё было тщетно. Не смогли выручить даже крылья и удары с воздуха. Дэймон Хаззак прямо сейчас напоминал непоколебимую гору. На десяток мгновений Изувер полностью ушел в глухую оборону. Но не потому, что он проигрывал, а потому как хотел увидеть больше. А еще через пяток секунд схватка окончилась, когда тёмно-серый клинок деспота по прозвищу «Безмолвный» проломил защиту валькирии и остановился в паре сантиметров от сердца противницы.