Книга Новая фантастика 2024. Антология № 8, страница 126 – Василий Головачев, Милена Завойчинская, Екатерина Пронина, и др.

Сырбушка мог поклясться, что она тотчас появилась в хороводе девушек в Большом доме, держащихся за руки под охраной мужчин и старух. Девицы, меж которыми она встала, переглянулись, заморгали, будто спросонья и продолжили песнопения, как ни в чем не бывало.

Змей больше не показывался, и Сырбушка уже не мог объяснить своего прозрения, но ведь не все должно быть объяснено.

* * *

Он тихонько засмеялся и остался стоять на мысу. По воде бежали цветные волны, и подводный блеск змеиной чешуи озарял все радужными сполохами. Ведьмино отродье застряло накрепко.

Волшебство едва теплилось. Но и его отблесков хватало, чтоб озарять душу мира.

Сырбушка затаил дыхание. Он пытался услышать свое имя, раз уж сегодня выдалась такая волшебная ночь. На небе властвовала Луна – звезд почти не было видно.

Парень чутко вслушивался, как учил колдун, но тщетно.

Зато он видел глубь синего неба, приколотого к небесной тверди луной, игру лунных отражений и подводных отсветов в озере, слышал крик совы, невольно следил бесшумный полет козодоя, и неровное порхание летучих мышей, чуял запах таволги и ночных фиалок. Он был частью мира, и мир удивительным образом умещался в нем. Больше он не казался себе прорехой – он стал частью сущего.

«Вот бы все это сделалось моим именем, – думал бывший Сырбушка. – А почему бы и нет?! Пусть имя будет неизреченным, и никто никогда не сможет назвать его и властвовать надо мной! Мы с этим миром – одно».

— Да будет так! – торжественно произнес вслух молодой колдун. – Я принимаю Имя.

«Я сам нарек себя», – гордо подумал он. И тут же он застыдился – нет, не он, а лес, болото – весь мир со всеми тварями, потусторонними и живыми, приняли его, позволили стать их частью, и вобрать в себя.

— Я люблю вас, – сказал юноша. – Я клянусь беречь не только соплеменников, но все сущее.

«И Гарпу тоже?» – спросил внутри ехидный голосочек.

«И Гарпу. Мировую гармонию.» – Прежде он таких слов не знал.

Переполненный чувствами и знаниями, юный колдун пошел прочь от болотного озера, и чем дальше он уходил, тем глупее становился. Знание пропадало по мере того, как он удалялся от волшебного места.

«Ничего, я буду часто приходить на берег и набираться ума-разума. Змей застрял надолго, и волшебства на меня хватит. Буду запоминать Слова. Ведь запомнил же я имя Анаис. Анаис! Анаис!» Он повторял прекрасное лунное, цветочное, жемчужное девичье имя, пока не испугался, что навредит этим подруге.

Юный колдун забыл все, кроме имени Анаис, но был настолько счастлив, что ему хотелось взлететь, но он пока этого не умел, поэтому просто понесся широкими прыжками по серебряной в лунном свете росистой траве. Потом закружился, запрокинув голову и хохоча, и упал в траву, раскинув руки.

* * *

Поутру в поселке было мирно. Все так же гуляли куры, и свинья дремала у ворот в вырытой ямке.

Мужчины, ритмично ухая, волокли к реке поставленную на катки большую лодку. Медвежья Лапа и Ракита наблюдали за работой.

Молодой колдун подошел, улыбаясь, неся внутри свое неизреченное имя, как величайшую тайну и драгоценность. Теперь ему не приходилось думать, как вести себя.

Увидев парня, Ракита осклабился и сказал:

— Я же говорил: сопливый колдунишко нам ни к чему! Мы и без тебя управились!

Но парня это ничуть не задело. Ему хотелось знать, как там Стая Маленьких Рыбок, все ли что с ней хорошо, однако он опасался показать свой интерес.