Онлайн книга «Провалы»
|
Пока он отвлекся, Соня сползла с дивана, обошла чемодан по широкой дуге и спряталась в туалете. Села на крышку унитаза, не снимая домашние шорты; на шнурке сбоку болтался телефон, в который Соня уже четвертый день старалась не заглядывать. От сообщений Егора растекалось болото обиды, удивления и досады. Соня молчала, а он недоумевал, требовал, тревожился и злился на это ее молчание. Последние непрочитанные сообщения Соня загрузила долгим нажатием на экран, чтобы не выдать своего появления. «Ты меня загóстила, да?» «Это вообще не ок» «Ты же обещала помочь, так не делают вообще-то!» «Блин» «А может, ты пропала, как папа??» «Соня, ты пропала?» Лицу стало жарко от стыда. Соня прислонилась лбом к холодной плитке на стене. Потянулась написать Егору извинительное — мол, прости, я больше не хочу иметь ничего общего с этим твоим гулом, с этими своими ощущениями и с этой моей сестрой; я решила пить таблетки, много спать, трахаться с мужем и поехать с ним в оверпрайс-отпуск, а ты слушайся маму и готовься к учебному году; твой папа, скорее всего, тусуется где-нибудь с новой женщиной, нагуляется и вернется — так бывает в жизни, вырастешь и поймешь. Соня высморкалась в кусочек туалетной бумаги, вытерла щеки. Пока она возилась, телефон завибрировал. Соня даже обрадовалась — не придется набирать простыню злого текста, сейчас она скажет это все Егору лично и попросит больше ей никогда не звонить. Но звонила мама: с ней бы такая просьба не сработала. — Сонечка, ты дома? — Голос мамы звучал вкрадчиво, как всегда, если она готовилась о чем-то попросить. — Я еду от следователя, он просит документы Ольги посмотреть. Заграничных паспортов у нее, оказывается, две штуки было, я и не знала. Надо найти тот, который дома остался, а я не понимаю, что там у нее в квартире вообще лежит. И выписку еще получить бы из системы бронирования билетов этих ее, прости господи, чтобы в пограничную службу запрос сделать… Соня закрыла глаза. В трубке шуршал ветер — мама явно шла по улице, и от этого шороха у Сони заныло в висках. Ночью, после странного секса, от которого им обоим было неловко, Максим попросил ее больше не лезть в дела сестры, а Соня зачем-то кивнула в ответ. — Мам, сейчас не могу, мы с Максом собираемся к морю… — Конечно, самое время улетать в отпуск, Соня. — Голос сменился с просящего на цельно-стальной. — Спасибо, что хоть предупредила. А то одна из дочерей уже натворила дел. Это же надо — улететь из страны и никому не сказать! Чтобы я тут с ума сходила, пока всем плевать… Например, тебе и мужу твоему. — Это нечестно, — проговорила Соня. — Максим со следователем этим неделю не расставался, пока про билеты не всплыло. — Вот теперь и ты сделай что-нибудь полезное, — отрезала мама. — Хоть документы помоги собрать. А то у меня мигрень уже начинается… — И положила трубку. Соня посидела еще немного, расчесывая бедра под шортами, чтобы хоть чуть успокоиться. Потом зашла в ванную, брызнула водой в лицо, помазала свежие царапины заживляющей мазью. Максим за это время успел закрыть чемодан и начал застегивать молнию. — Слушай, давай я докину вещи потом, — сказала Соня. — Мне нужно к маме съездить. Максим замер с молнией на полпути. Спросил напряженно: — А она где сейчас? Можно было и соврать, конечно, но бедра горели, щеки пекло, было душно и тесно, настолько, что хоть кричи — кричи, а не ври, дура эдакая, тебя же жрут со всех сторон, пошли их всех на хрен хоть раз, господи, в кого ты выросла, Сонька, такая дура дурацкая? |