Книга Сенши Кагори, страница 23 – Алексей Самылов

… - Сенго, хватит прятаться, — негромко произнесла Мию.

Кусты зашуршали к главной целительнице клана подошла слегка смущенная Сенго.

— Я не пряталась… просто так получилось, — пробормотала женщина.

Мию с иронией посмотрела на нее.

— Когда это ты курить-то начала? — спросила женщина. — За тё несет.

(тё — древняя японская мера длины. Около ста девяти метров)

Сенго скривилась.

— Там, — коротко ответила она.

— По причине? — также лаконично спросила Мию.

— Нужно… — Сенго опять скривилась. — Точнее, теперь я понимаю, что мне нужна была привязка. К нормальному состоянию.

Мию ничего на это не ответила. Она смотрела на молодежь, чуть сощурившись.

— Странные дела творятся у Юсуповых, — произнесла наконец женщина. — Если тебе понадобилась точка отсчета.

— Да я даже и не поняла, что ее делаю, — с легкой досадой ответила Сенго. — Просто взяла и закурила. Вроде как назло.

— Ты Кагори, — наставительно заметила Мию-сан. — Ты не поняла, не вспомнила, почему так нужно, но сделала то, что надо было. Nicotiana обладает свойством фиксировать основную частоту праны. А вот почему тебе понадобилось это делать, меня весьма интересует.

— Меня тоже, — глухо ответила Сенго. — Я поняла, что происходит что-то не то, только когда уехала из Архангельского. После… инициации Юкио. Когда он не…

Голос женщины пресекся. Мию покачала головой.

— Если ты сейчас хочешь бросать, — произнесла она. — То я пока рекомендую этого не делать.

Разговор сам собой стих. Женщины молча смотрели на молодежь. Шихо и Эйка, покормив Юкио, повели парня на прогулку. Им пришлось при этом буквально каждое действие, которое необходимо было произвести, сначала говорить, а то и показывать.

— Я понимаю, что Юкио сейчас… гораздо лучше, — с болью в голосе произнесла Сенго. — Но все равно, видеть его таким очень больно.

— Разумеется, ты же его мать, — спокойно ответила Мию.

— Он раньше не был совсем уж активным, — продолжила Сенго. — Очень любил читать.

Женщина горько усмехнулась.

— Чем очень нравился деду, — со вздохом продолжила она. — Перед самой инициацией Юкио спорил с Григорием Юсуповым о «Войне и Мире». О том, как кланы участвовали в той войне. Я радовалась… А стоило внимательно смотреть по сторонам.

«Прогулка» у молодежи тем временем шла не очень хорошо. Шихо и Эйке приходилось чуть не каждую ногу Юкио двигать вручную.

— Знаешь, если приходиться в своем же клане смотреть по сторонам, — сухо произнесла Мию. — То это уже совсем… Либо это не твой клан.

— Поэтому я здесь, — еле слышно сказала Сенго. — Я… просто уже не знала, что делать дальше. Меня два дня не пускали к сыну после инициации. Потом пустили, но сказали, что он почти уже умер. Мне сказали, что мой муж пытался спасти Юкио… Но почему-то при этом не хотели отправлять к целителям. Мне пришлось буквально сбегать из поместья, чтобы добраться до старшего Юсупова. Но и потом, когда мы пребывали в главном поместье, все равно все было не так, как должно было быть. Они просто смотрели, как мой сын… Угасает.

Мию не стала говорить, что все это Сенго уже рассказывала. Потому что ей самой требовалась помощь. Хотя бы в том, чтобы выговориться.

— О, молодец! — донесся до женщин веселый девичий вскрик.

— Твой сын, Сенго, очень упорный, — произнесла Мию. — Многие не могут придти в себя несколько недель, а то и месяцев. Юкио уже встает. Пусть и с помощью, но он явно хочет поправиться.