Книга Девушка друга, страница 149 – Инна Инфинити

Влад переводит дыхание. Слова даются ему так же тяжело, как мне.

— Почему Арс гнал на бешеной скорости без шлема?

— Я не знаю.

— Ложь! — громко заявляю, разоблачая Влада. — Ты лжёшь мне!

Я на пороге новой истерики. Тело охвачено мелкой дрожью, и если бы не стянутое колючей проволокой горло, я бы продолжала орать дальше. Соболев лжёт. Нагло и гнусно, глядя мне в глаза. Там что-то произошло. На дне рождения этого Бергера. Он, кстати, был сегодня на похоронах, я узнала его. Но не успела подойти и спросить. На похоронах много кто присутствовал, у Сени было много друзей. Они все подходили ко мне со своими дурацкими соболезнованиями, как будто не понимали, что их сочувствие делает мне только хуже.

Через пару недель все эти друзья забудут Арсения и продолжат жить своими счастливыми жизнями, будут пить и тусоваться, гонять на мотоциклах и смеяться. А Арсений не будет! Больше никогда не будет! Слезы все же заструились по лицу. Я быстро вытираю их тыльной стороной ладони.

— Что произошло на дне рождения Бергера? — рычу.

Влад не хочет говорить. Он намеренно что-то скрывает от меня, и это злит ещё сильнее. Я задыхаюсь от негодования. Мне хочется схватить Соболева за футболку и начать трясти со всей силы.

— Хватит делать из меня дуру. Говори, что произошло у Бергера.

А еще мне не дает покоя побитая рожа Соболева. Кто ему ее так разукрасил? У Сени тоже были на лице синяки и гематомы. Его травмы, допустим, можно списать на ДТП, но с кем подрался Влад?

— Зачем тебе это, Вик?

— Значит, там все же что-то произошло, и ты это от всех скрываешь! — произношу разоблачительным тоном.

— Я просто не хочу, чтобы ты переживала еще больше.

Стискиваю зубы. Еще никогда я не испытывала к Владу столько отвращения, как сейчас. Даже думать дико, что когда-то я любила этого человека. Меня раздражают его попытки помочь. Он крутился вокруг нас все три дня до похорон. Мельтешил перед глазами, делая мое состояние еще хуже.

— Если ты немедленно не расскажешь мне, что произошло у Бергера, я придушу тебя собственными руками.

Это не пустая угроза. Я действительно готова вцепиться Владу в глотку, если он прямо сейчас не расскажет, что заставило моего мужа гнать на бешеной скорости без шлема. Арс никогда себе такого не позволял. Особенно после того, как мы поженились. Он бросил гонки, он очень осторожно ездил не только на мотоцикле, но и на машине. Арсений полностью осознавал свою ответственность перед семьей и перед ребенком.

Соболев глядит на меня грустными потухшими глазами. Вздыхает. Трёт побитое и несколько дней небритое лицо.

— Арс узнал про нас с тобой в Турции.

Слова Влада оглушают меня на бесконечно долгие секунды. Моргаю несколько раз глазами.

— Как узнал? — растерянно бормочу.

— Я не знаю, Вик. Кто-то ему рассказал.

Отшатываюсь на шаг назад, отворачиваюсь к дереву. Из груди наружу рвётся крик. Я зажимаю рот ладонью. Меня разрывает изнутри. Когда мы с Арсением поженились, и у нас все стало хорошо, больше всего на свете я боялась, что каким-то образом он узнает про меня и Влада. Про мою страшную ошибку, которую я совершила. Влад — это ошибка. Все, что между нами было, — ошибка. Я просыпалась по ночам в холодном поту, смотрела на спящего мужа и до леденящего душу ужаса боялась, что однажды Сеня узнает про мое предательство, про мою ошибку. И он узнал...