Книга Я тебе изменил. Прости, страница 120 – Инна Инфинити

Давид старается быть со мной по максимуму. Основную часть времени работает из дома на ноутбуке, в офис ездит только по острой необходимости. Ему тоже неудобно работать одной рукой, но Давид не может уйти на полноценный больничный. На самом деле я тоже не могу. Да и хочется уже вернуться к обычной жизни.

Вылезаю из кровати и направляюсь к Давиду. Он отрывает лицо от экрана ноутбука и поднимает на меня.

— Почему ты встала?

— Давид, мне намного лучше, — я подхожу к нему и сажусь на его колени. Обнимаю за шею обеими руками и прижимаю его голову к себе. Как я рада, что Давид рядом со мной. Я бы не справилась со всем этим без него. Чувствовать сквозь сон его объятия — лучшее лекарство. — Я хочу выйти на работу.

— Еще рано.

— Брось, ерунда. Я уже две недели дома лежу. Со мной все в порядке.

— Ты была в коме.

— Давид, все хорошо. Когда тебе снимают гипс?

— Надеюсь, скоро.

Я оглядываю кабинет Давида. Сюда я почти не заходила, это всегда было место исключительно Давида, поэтому его кабинет вряд ли помог бы мне что-нибудь вспомнить. А между тем, здесь абсолютно пустые стеллажи и полки.

— А куда подевались твои книги?

Я задаю вопрос, и в голове словно что-то щелкает. Так вот что изменилось дома! Здесь нет вещей Давида! Ни его одежды, ни любимой кружки, ни книг. Ну, какие-то вещи, конечно, есть, но очень-очень мало. Раньше в гардеробе было полно его костюмов, а сейчас висят только три. В шкафу в спальне тоже почти нет его вещей. Так вот что не давало мне покоя — отсутствие вещей Давида.

— Слушай, а где все твои вещи? — гляжу на мужа изумленно. В груди уже зашевелилось неприятное предчувствие. — Дома почти нет твоих вещей.

Ответом мне служит тяжелый вздох. Он отводит глаза в сторону. А меня же бросает в озноб. Плохое предчувствие усиливается.

— Прости‚ что не сказал тебе сразу. Я хотел, чтобы ты немного восстановилась после комы.

— Давид, в чем дело?

Он снова переводит взгляд на меня.

— Почти полгода назад мы развелись.

Глава 61. Это мой муж

Слова Давида оглушают меня. Я цепенею, схватившись за его плечи.

— Что ты сказал? Развелись?

Я в таком шоке, что не могу поверить. Это не может быть правдой. Давид тяжело сглатывает и крепче держит меня за талию.

— Да, Вера, мы развелись.

Он аккуратно снимает меня со своих колен и ставит на ноги. Поднимается со стула следом и подходит к своему портфелю в кресле. Роется в нем и достает какую-то бумагу. Несет мне.

— Это свидетельство о разводе.

Я беру в руки серую бумагу размера А4 и ничего непонимающим взглядом таращусь на буквы. Свидетельство о расторжении брака... Бергер Давид Сергеевич и Бергер Вера Александровна...

О Господи. Мы с Давидом действительно развелись. Но как такое возможно? Почему? У меня начинают дрожать руки, из глаз заструились слезы. Увидев, что я плачу, Давид хватает меня здоровой рукой и прижимает к груди.

— Боже мой, Давид, что случилось? — сдавленно шепчу.

От слез свело горло, каждый вдох дается с трудом. Я отрываюсь от груди мужа, то есть, бывшего мужа, и смотрю ему в лицо.

— Ты больше не любишь меня?

Меня пронзает страх. Если Давид скажет, что разлюбил меня, моя жизнь будет кончена. Я это не переживу.

— Я люблю тебя, Вера. Всегда любил и всегда буду любить.

— Тогда почему мы развелись!? Мы не могли развестись из-за того, что тебя разлюбила я, потому что это не так. Я люблю тебя так же, как и семнадцать лет назад, когда мы познакомились.