Книга О мой Босс! Монстр для разведенки, страница 66 – Евсения Медведева

— Ой-ой, — шепнула Милена и наклонилась ко мне. — Пахнуло жаждой крови… Дмитрий Сергеевич, никто из нас не сомневается, что вы можете уничтожить его физически. Но у меня идея покруче… Мы сделаем так, что он лишится всего!

— Принеси мне его яйца, и я тебя, Милена Львовна, озолочу, — выдохнул я и инстинктивно подался вперед, чуть ли не утыкаясь носом в её миленький подбородок с ямочкой. — Фас, Дикова! Фас!

К моменту, когда мы подъехали к центральному парку, который почти год пытались превратить из серого объекта советской застройки во что-то современное, яркое, Милена уже почти так же ненавидела Чудновского, как мы с Даней.

Мы не сдерживали себя, натравливали её, как смертельно обозленного чихуахуа, чтобы тот загрыз алабая! Подло? Не по-мужски? Но по-мужски она мне запретила действовать, поэтому пусть кошка поиграет с мышкой, а я потом прихлопну этого грызуна.

Пусть Милена Львовна потренируется… А я понаблюдаю. Да и когда ещё выпадет подобного рода опыт?

У центральной сцены уже вовсю толпился народ. Здесь был весь цвет бизнеса, причастный к этому открытию.

Соколовский был в своём репертуаре, вокруг него вмиг собрались все свободные и не очень свободные дамы, все буквально млели от его великолепия и пограничного чувства юмора. Это он со мной мог вести себя как деревенский придурок с сеновала, но для дам… Для дам он был рыцарем на белом коне.

А я никогда так не умел… Даня говорит, что мой взгляд плодит страх и ужас, нормальные женщины должны разбегаться от меня… Это их единственный способ выжить. И как ни странно, Соколовский был в чём-то прав… Я был любимчиком женщин до тех пор, пока они не узнавали меня поближе.

— Так значит, вы женаты? — Милена приняла бокал шампанского и пошла за мной следом, обходя толпу по касательной. Она чуть нагнулась, посмотрела на мою правую руку и громко хмыкнула. — Что, аллергия на золото и платину? Где поводок обручалки?

— Ну, ты же носишь кольцо, хотя официально разведена, — ответил я машинально, чуть притормаживая, когда заметил в толпе самодовольную морду руководителя «Стальком».

— Это… — Милена растерянно подняла правую руку, прорычала и переместила тоненькое колечко с маленьким камушком на средний палец. — Это мышечная память. На автомате надела после душа.

— Вот и моя бывшая жена приходит в мой офис на автомате. Мышечная память…

— Что? Ты только что признался, что до беспамятства любишь меня? — раздалось за спиной, и мне даже оборачиваться не нужно было, чтобы понять, какой я идиот…

Глава 24

*Милена*

Я повернулась не сразу… Восприняла противный женский голос как писк навязчивого и сильно подбитого комара. Выручил меня официант, галантно протянувший поднос с шампанским.

— Что ты тут делаешь, Рада? — Дима тоже взял бокал… И я правда думала, что он осушит его залпом, потому что от концентрации ярости в его взгляде стало не по себе даже мне.

Но Мостраков хоть и вспыхивал ярче пламени по щелчку пальцев, но он так же быстро брал себя в руки, и его лицо снова покрывалось толстой коркой льда. Безэмоциональность, холод и полное безразличие к этой женщине…

Я давно поняла, что брак и отношения могут строиться на чём угодно: умопомрачительная страсть, животный секс, ненависть, любовь, уважение… Пары могут скандалить, бить посуду, злить друг друга, будить ревность, чтобы оживить огонёк супружеской рутины. Но лишь два чувства рушат любой брак: равнодушие и жалость…