Онлайн книга «О мой Босс! Монстр для разведенки»
|
— Ну и кто из нас дурная? Ладно, Милка, я тебя люблю, горжусь тобой и восхищаюсь! Ты там мне мужичка какого-нибудь хорошего найди, а? — Договорились… Я даже сомневаться не стала, выбрала костюм, но полупрозрачный бра всё же надела. Его не было видно через полы пиджака, зато линия груди с ним выглядела просто убойно. А именно это мне сейчас и нужно. Пару взмахов кисти, добавила румян, полупрозрачный блеск, распустила мягкую волну длинных волос, чтобы первое время прикрывать декольте, а после нашла подходящую сумку. И когда я забросила в неё телефон, в дверь постучали… На пороге стоял Мостраков… Он пялился на меня, вернее, просто похоронил взгляд в моем декольте, а я, как одержимая, рассматривала его идеальный смокинг. Он же сидел на нем как влитой. Подчеркивал ширину плеч, мощь груди, узкую талию и твердую, как камень, задницу. Ну, это уже умозрительное заключение, и опытным путем его подтверждать я даже не думала. А если и думала, то совсем чуть-чуть… За воротом рубашки болталась шелковая лента бабочки, пуговицы расстегнуты, открывая красивую линию шеи. — Оп-па… А я думала, вы дыру пробурите и появитесь более эффектно, как Джеймс Бонд на миссию. — Была мысль, но глупостями я занимаюсь только по пятницам. А сегодня что? Четверг? Жди завтра, — Мостраков улыбнулся, и это стало контрольным выстрелом… Вот есть мужики, которым и смокинги идут, и улыбаются они, как Коты Чеширские, так мягко, чарующе, обольстительно. И хочется ведь идти за ними, не обращая внимания на преграды. Это ощущение безопасности пьянит, и женщина уже ни о чем не думает, за неё все решают природные инстинкты… Как жаль, что он женат. — Что это? — вдруг Мостраков повел носом, а после нагло отодвинул меня и, сбросив на пороге туфли, прошёл прямиком на кухню, и я услышал протяжный стон… Я поспешила на звук, на случай если слова Ирки окажутся правдой. Вдруг он слёг от моей ослепительной красоты? Теперь скорую вызывать… Но нет! Дмитрий стоял над кастрюлей с борщом и откровенно хлебал суп прямо половником. — Чёрт! Ты что, сама приготовила? — он схватил полотенце, завернул его за воротник, как детский слюнявчик, и продолжил лакомиться. — Дмитрий Сергеевич, вообще-то есть тарелка и ложка, — я не сердилась, мне стало смешно… А ещё капельку приятно. Когда мужчина оценивает твоё кулинарное мастерство — это греет душу. — Пожалуй, в ресторан я с вами не пойду. — Так вкуснее… А в ресторан я тебя и не приглашу. Вкуснее твоего борща и быть ничего не может! — Тогда вот, за вашу лесть, — я достала из пакета корочку черного хлеба, посыпала её солью, и Мостраков чуть не заплакал. — Чёртова Милена Львовна! — стонал он, наворачивая мой борщ. — Монстр… Ей богу, — я прислонилась к кухонному гарнитуру и наслаждалась зрелищем. — Эй, вы чего тут стонете на весь дом? — раздалось за спиной, и в кухню вошел Соколовский. — Жрёте? А думал, непотребством занимаетесь. Это я ещё мог простить… Чёрт, это что, борщ? И каково же было мое удивление, когда Соколовский вырвал поварешку из рук шефа и начал угощаться, отпихивая того в неравном бою. — Милена Львовна, — Дмитрий опустился на кресло, сыто поглаживая живот. — Отбой лишения премии… Можете унижать нас и дальше. За этот борщ я готов простить вам всё! Могу даже у Соколовского премию забрать и вам её начислить. А то он чавкает некультурно… |