Книга Измена. Финальный аккорд, страница 65 – Мари Соль

А вдруг там, в Дубае, он сделает мне предложение? Боже! Тогда нужно белое платье. И мы обвенчаемся там…

— О чём фантазируешь? — щурится Евка, заметив, как я мечтательно улыбаюсь, глядя на своё отражение в зеркале.

Я решаю признаться:

— Липницкий развёлся!

Сестра поражённо хватает ртом воздух:

— Белок, да ты чё?

Я киваю, а у самой в глазах слёзы. От счастья!

Евка хватает меня за рукав, вынуждая подняться. И мы с ней, как в детстве, кружимся по комнате в танце. Всё быстрее, и быстрее! Пока в глазах не начинает мелькать. А затем валимся на постель, чуть не стукнувшись лбами.

Я смеюсь, а она поёт свадебный вальс.

— Прекрати! У тебя слуха нет! — бью её по плечу. Тоже мне, певица нашлась.

— Слууушай, — повернувшись на живот, Евка смотрит на меня во все глаза, — Так он неспроста пригласил тебя с собой поехать!

— Почему? — удивляюсь.

— Вот ты балда! — тычет она меня в лоб, — Потому! Он же тебе предложение сделает там.

Я замираю:

— Ты, правда, так думаешь?

Евка кивает с азартом. Ну, вот! Значит, не только у меня одной такие фантазии. И не фантазии вовсе, а план. План Артура, который я раскусила. Но от этого он не утратил волшебности.

— Боже, я стану женой, — закрываю глаза, — Неужели?

— Приедешь и ткнёшь в нос этой, как там её…, - щурит Евка глаза. Но они у неё, щурь, не щурь, всё равно остаются большими и ясными.

— Севастьяновой, что ли? — в ответ усмехаюсь.

— Ну, да! Скажешь, вот тебе! Выкуси! — победно вещает сестра.

— Да мне кажется, ей всё равно, — говорю, — Артура она не любила.

Евка падает на бок, разметав свои волосы цвета гречишного мёда по мне:

— Белок, вот скажи мне, а что это значит, «любить»? Это как?

— Это больно, — шепчу я, — Но это приятная боль.

— Как во время секса что ли? — заманчиво хмыкает Евка, — Когда он уже глубоко, но ещё продолжает вторгаться.

— Господи, Ев! Ты можешь о чём-нибудь, кроме секса думать вообще? — я толкаю сестру.

Иногда мне кажется, что у неё нет души, только тело. Красивое тело, но бездушное. Как мёртвое море, в котором никто не живёт.

— А в Эмиратах есть море? — интересуется Евка.

— Там Персидский залив, много пляжей. А сейчас как раз самый сезон! — говорю.

Я уже очень много читала. Создала целый список особенных мест, куда можно сходить. Среди них Бурдж-Халиф, небоскрёб. Колесо обозрения «Око Дубая». Горнолыжный курорт. И, конечно, мечеть! Мы там пробудем всего лишь три дня. Если быть точной, четыре неполных. И всего не успеть.

Интересно, а где же Артур сделает мне предложение? Представляю, как мы с ним сидим в колесе обозрения. Внутри одной из прозрачных кабинок. И он вынимает кольцо…

Хотя, мне всё равно, если честно! Пускай хоть на пляже, в отеле. А то и вообще, в самолёте, по дороге туда. Чтобы его выступление на всемирно известной сцене, я смотрела уже в статусе невесты, а не просто подруги и Музы.

— Тогда не забудь купальник взять! — напутствует Евка, — Там, в отеле, бассейн, небось, будет?

— Не знаю, — я пожимаю плечами.

Отель нам дали не самый люксовый, но по меркам арабским — не самый плохой. Всё же, мы — заграничные гости! И бассейн, и СПА зона, и вид из окна. Я надеюсь, всё это там будет.

— Ой, Белок, завидую тебе, — произносит Евка с грустью, — Это ж какой романтик, чёрт возьми! Романтичнее может быть только Париж.