Книга Сказка для Анжелики, страница 19 – Елена Казанцева

— Девушка, осторожно, вы мне коленкой ухо отдавили, — кричит мужчина из-под меня.

— А вы не дышите мне в пупок, — ворчит я, пытая упереться ладонями в дорожку, но ладони скользят, и я в какой раз носом клюет в брюки отцу Ярослава.

— Девушка, вы так можете меня лишить последней надежды…и последнего достоинства…

— Ой, простите, извините, не почувствовала вашу надежду….или чего там у вас еще есть…достоинства…

Какое там достоинство, совсем все у мужика отсохло, даже не колыхнулся на ветру!

Но вот наконец мы встаем. Стоим красные, запыхавшиеся, мокрые от снега, с исцарапанными ладонями и коленками. Игорь Ярославович в грязном пальто с оторванной пуговицей и помятом костюме рассеяно оглядывал нанесенный ущерб.

— Может, вы ко мне зайдете, я почищу ваше пальто и пуговицу пришью? — Юлечка добрая душа, я бы послала такого котяру далеко и надолго.

— Ну, если угостите чаем… с коньяком….

Ох, и жук этот Игорь Ярославович!

Мы тащимся хромая к крыльцу. А я иду и бурчу: Ага, дайте чаю попить с коньяком, а то так кушать хочется, что переночевать негде, тут вам и почистить, и коньячок, и сено в шоколаде…

Юлька мне показывает кулак из-за спины Игоря Ярославовича.

Устраиваемся на кухне. Юлька, как пропеллер, уже и пальто сушиться повесила, и иголку с ниткой достала. Шьет, чистит, паром разглаживает. Хозяйственная она у нас.

— У вас божественный напиток, Юлечка! Кто научил вас так превосходно готовить кофе, — мурлычет Игорь Ярославович.

— Бабушка, она — турчанка, и прадед у меня турок, так что это у нас в крови.

— Ммммм, очень редкая у вас масть, никогда не видел турецкой крови с рыжими волосами, — подлизывается Игорь Ярославович, а глазенки горят, сейчас я тебе эти глазенки то подбила бы, котяра мартовский, нечего на мою подругу слюни пускать.

— Дед турок был рыжим и кучерявым, — поясняет Юля.

Но появляется внезапный «нежданчик». К нам на огонек зашёл сам Ярослав.

— Папа, — таращит глаза на отца Ярослав, удивленно рассматривает того, словно видит впервые.

— Ярослав, я заезжал к тебе по делу, но тебя дома не было, и я решил заглянуть к соседке, — глаза Игоря Ярославовича масленые, масленые.

Ярослав удивленно моргает, осматривая отца, раздетого, в чужом мужском халате, сидящего в обществе двух девушек. Уж не знаю, что там у него в голове пронеслось, но лицо его перекосило, словно он уксуса глотнул.

— Папа, может, ты уже оденешься? Пошли домой, там поговорим.

— Яр, мне тут любезная хозяйка пообещала пуговицу к пальто пришить, так что я допью кофе, побеседую с милой хозяйкой и приду, — от таких речей отца у Ярослава челюсть отвалилась, а Игорю Ярославовичу, как с гуся вода. Он восседает во главе стол как падишах в гареме.

— Юля, можно тебя на минутку, — Ярослав разворачивается и уходит в коридор.

Они о чем-то секретничают, и Яр уходит.

За ним уплывает и Игорь Ярославович.

А мы с Юлькой допиваем нашу бутылку. Уф! Ну и денек!

И тут звонит мама. Если маме что-нибудь надо, она мертвую меня поднимет.

— Анжелика, ты почему трубку не берешь, — верещит она, я только вздыхаю тяжело. — Сегодня вечеринка у Фроловых, ты что, забыла?

— Нет, конечно, я помню, — успокаиваю маму, сама ни сном ни духом об этом мероприятии не знаю.

— Срочно приезжай домой! Я тебе приготовила лиловое платье и длинные бриллиантовые серьги с браслетом. Обязательно сделай нюдовый макияж. За тобой в девять заедет Роберт, вы должны приехать на прием вместе.