Книга Не дам тебе сбежать, страница 19 – Хелен Кир

Видимо, сегодня в нее вселяется черт. Предупреждающе раздавливаю зрительно. Авдеева что-то говорит, высказывает. Глаза горят и сверкают. Она по-прежнему сидит на полу, отчищает листки и пытается промокнуть обувь салфетками.

Внимание к ним утихает, все занимаются своими делами. Благо никто не заостряется.

— Она попутала, что ли? — недовольно тянет Радченко, не сводя глаз с Милы, Авдееву стороной обходит. — Не трогаю, потому что твоя, — раздувает ноздри.

По лицу прокатываются горячие волны. Челюсти Рада смыкаются, как у бойцовской собаки.

— Кто? — не врубаюсь.

— Лона твоя шибанутая, — рык в разные стороны. — Берега потеряла.

— Не моя, — рублю. — Не навешивай. Но пока я с ней.

По крайней мере она чистая. Это единственное, что держит. Лениво искать на ночь новых партнерш. Такие дела. Не то, что это шиздец аргумент, уж какой есть.

— Тогда предупреди, чтобы больше не трогала, — зло прищуривается.

Показываю на Милу. Типа … Да?

Он, не моргая медленно в ответ кивает. Ясно. Значит, сильно зацепило.

— И как ты с ней собрался, когда у тебя невеста за границей?

Ради интереса спрашиваю, ни на секунду не выпуская из внимания ссору. Все равно вижу, как друга перекашивает. Я в курсе коммерческого союза семей.

— Не помешает. Время еще есть.

— Как знаешь, отец тебя наизнанку вывернет — пожимаю плечами. — Эй! — гаркаю.

Стакан переворачивается еще раз. Остатки сока льются на волосы Авдеевой. Илона вообще чокнулась?

Подрываюсь, по пути вытаскиваю пачку влажных салфеток. Протягиваю злющей Авдеевой, она тут же выбивает из руки.

— Вытрись, — командую. — А ты, — тычу в зарвавшуюся дуру, — быстро за мной пошла. В туалет иди! — повышаю голос на Юлю. Разворачиваюсь к Илоне, вытаскиваю стакан из рук, бросаю с шумом на первый попавшийся стол. — Я сказал бегом!

Вытаскиваю за локоть на парковку, завожу за свою тачку. Илона во все глаза таращится, адреналин после стычки еще не сошел. Колотит вовсю. Пригвоздив руками за плечи к дверям, рычу.

— Я сколько раз говорил! Авдееву не трогать! Ты поняла? — ору в лицо. — Ушла отсюда по резвому, чтобы больше тебя не видел.

Отталкиваю. Илона, не глядя на меня, быстро уносится. Смотрю ей в след, пока не исчезает из вида. Непослушными пальцами вытягиваю сигарету, бросаю в рот.

Жду, когда из кафе выйдет Юля.

— Ненормальная, — ругаюсь. — Больная на всю голову.

— Вот тут еще, — Мила трет прядь.

Бессильно рычу, глядя в зеркало. На моей природной блондинистой голове ярко выступает отвратительное безобразие. На темных не так выступало бы.

— Жалею, что не ударила, — сетую.

— Не опускайся до уровня одноклеточных, — пыхтит Мила.

С досадой рассматриваю новую толстовку. Она белая! Я копила на нее три месяца. Так жаль, прямо до слез. Чем теперь отмывать?

— Дура! — дрыгаю ногой. — На фиг мне ее Богдан сдался. Ведь из-за него же психует.

Собираю волосы во влажную гульку. Теперь хочешь не хочешь соглашайся на сделку с Айдаровым. Мне нужны чертовы деньги. Сок попал в шопер, там лежала дорогущая «память». Она залита и испорчена. Благо есть копии, но качество! Мне снова сидеть долго и упорно, чтобы восстановить данные. А «память» я где возьму? Она стоит тридцать тысяч!

— Ненавижу, — бессильные слезы текут.

— Вот иди к Айдарову и пусть он тебе новую покупает! — тоже психует Мила. — Раз дебилок своих не умеет в узде держать.