Книга Племянница из провинции, страница 28 – Дина Зарубина

Охотник пропустил травников вперед, и расставил стрелков за деревьями. Даэнир проверил, легко ли ходит клинок в ножнах. На восьмилапов практически не действовала магия. Завалить его можно было только, напав одновременно со всех сторон. Хоть что-то принести в крепость!

* * *

[1] Есть разница. Исторически поместье было временным владением и давалось за службу, не наследовалось, не могло быть продано. Имение – родовое владение, собственность семьи, наследовалось, продавалось.

Огромная синевато-серая лохматая туша восьмилапа с отрезанными лапами привлекла внимание всех в крепости. Вокруг собрался народ.

Старшина охотников хвастливо выпячивал грудь.

Из Опусы уже примчались первые скупщики, они брали охотника за рукав, отводили в сторону, шептали самое выгодное предложение на этот час. Аптекарь со своими склянками уже требовал порцию яда, пока свежий. Зельевар огорченно смотрел на вытекающую гемолифу восьмилапа. Пока несли тушу, ее вытекло много. Но не было другого способа охоты на восьмилапов, чем перерубить ноги, все или большую часть, и вскочив на загривок, пронзить мечом нервный узел позади рогатой головы. Тварь это необыкновенно верткая, быстрая и ядовитая, а жвалами может перекусить человека пополам.

Пострадавшего парнишку унесли к лекарю. Яд красного мшаника обладает парализующим действием и растворяет плоть. Больше пацана никто в лес никогда не возьмет. Первая вылазка, она же и последняя. Если бы не восьмилап, то и вовсе сорвал бы рейд. Раны заживут, оставив бугристые красные рубцы. Гордость будет долго саднить. Смеяться будут и над глупым мальчишкой, и над травником, допустившим его в лес. Мало выучить все травы, по лесу ходить тоже уметь надо.

Комендант крепости дон Ярве посмотрел с галереи вниз.

— Неплохо, неплохо.

Даэнир вздохнул. Что толку сражаться с каждой тварью по отдельности? Надо производить полноценную зачистку, но один он не справится, а король в его просьбам остается глух. В столице не представляют, что тут творится. Считают Опусу чем-то вроде охотничьих угодий, полных редкой, разнообразной дичи. Напрашиваются на охоту и обижаются на отказы.

До сих пор не известно, что случилось тридцать лет назад в лесу, кто засел там. Почему изменились деревья и животные. Раньше это был просто лес. Дикая чащоба, облюбованная разбойниками и контрабандистами. Тайные тропы вели за перевал, в Валечию, и промысел приносил доход. Не поставит же король пограничника у каждого дерева!

Теперь Чародейный лес разрастался, наползал на крепость, наступал болотом, подрывал стены корнями, атаковал полчищами непонятных агрессивных тварей. Тропы меняли направление, где вчера был холм, наполнялось горячей водой озеро. Где был светлый березняк, взметывались к небу странные скрюченные деревья с раздутыми стволами, которые не обхватить и десятером. Деревья щетинились короткими уродливыми отростками. Плодами, похожими на хлебные шарики, обожали питаться винтокрылы. Говорили, что щели в коре ждут своей кровавой пищи, стоит лишь прислониться к стволу, как будешь навечно в плену, дерево будет тебя годами высасывать.

Кто знает, сколько в этом правды? Людей в окрестностях Опусы пропадало много. Кто на свой страх и риск шел в лес, редко возвращался невредимым. Только группой под прикрытием охотников и мага. Да где столько магов найдешь чтоб с каждым селянином в лес ходить? Вот и пропадают.