Книга Магия уюта, страница 39 – Дина Зарубина

— Это который черный маг? – поднял седые брови библиотекарь. – Гэбри Малакаль? Так я вам и так скажу, без газет. Аккурат два года назад посватался он к дочери фабриканта из Саракувисы. Парень он видный, маг опять же, имение большое, дворянство наследуемое, фабрикант согласился. Со всех сторон сплошные плюсы: для дела полезно, внуки благородными станут, повезет, так и одаренными получатся, в высшее общество войдут, такое за деньги не купишь! Сплошная выгода. За одним минусом. У дочки свой хахаль был, она с ним бежать наладилась на дилижансе. Записку оставили, так мол, и так, прощевайте, сами женитесь, если вам надо, а у нас любовь.

Я заслушалась. Подалась вперед и рот открыла. Никогда бы не подумала, что дон Лусио такой великолепный рассказчик! Старичок расправил усы и продолжил:

— Папашка на дыбы, Гэбри вызвал, так мол и так, ловим и под венец. Потому как любовь проходит, а доходное имение и титул остается. А у девки на черную магию тошнота, сердцебиение и обмороки.

— Так бывает, – кивнула я. У короля Даэнира ужас, что за тяжелая аура, некоторые придворные аристократы чуть ли не ползком при нем передвигаются, так давит. И мороз по коже, и пот выступает, сердце колотится, руки ледяные становятся. Хорошо, что Дженни этого не ощущала совсем, иначе как с мужем жить? Если лечь в постель не можешь, за руку взять, сразу сознание теряешь?

— Папашка ейный рассудил, что это девичьи глупости, стерпится, мол, слюбится.

Я фыркнула. Чувствительность к черному потоку разная бывает, но если уж такая реакция, то дальше только хуже будет, даже умереть можно! Если силком себя даме навязывать. Сердце у бедняжки остановится. Какого-то из Дюссэ, кажется, при прошлом царствовании судили за убийство жены. Он недооценил ее неприязнь, решил побольше с ней времени проводить, чтоб она к нему привыкла. Гулял под ручку, танцевал, спал в одной кровати. Нечаянно и уморил. Поэтому черным магам так трудно найти себе жену. Вот и мало их, пять семей на весь Кэллавейн!

— Дальше что было, дедушка?

— А дальше поисковик активировали, определили, где беглецы едут, да и стали поджидать на развилке у обрыва. Ты нашу реку видела? Берсеба – «Трехречье» переводится. Три реки здесь сливаются, тесно им в каменном ложе, одна другую вытеснить хочет, а дно изрезанное, каменное, сплошные водовороты, да такие, что груженую фелуку[1] утянуть могут. И галеры тонули, бывало!

Я поежилась, вспоминая темную бурлящую воду.

— Девка в обморок, а парень ейный выхватил артефакт боевой, щас, говорит, взорву всех, а милую черному магу не отдам! А в дилижансе пятнадцать человек пассажиров, да два кучера!

— Ой! – я закрыла глаза и положила руку на сердце.

— И активировал! Огроменный кусок обрыва в реку вместе с дилижансом и лошадьми так и ухнул! Вот теперь «ой»! – старичок разгладил усы, довольный произведенным впечатлением.

— И что же, все погибли?

— Гэбри-то как начал колдовать! Воронку закрутил на полреки! Со дна на версту все поднял. Вынесло обратно на берег дилижанс-то! Все, понятно, мокрые, кто воды нахлебался, лошади визжат, бьются, люди ругаются, ор до небес! Парня, ясное дело, скрутили, это же додуматься надо, такую пакость среди людей использовать! А девку-то вынесло через окошко в реку! Дон Гэбри и сиганул за ней. А сил у него уже мало было, кое-как выплыл и эту дурищу вытащил.