Книга Мой муж меня не заказывал, страница 120 – Лизирин

Неприятное ощущение. Не рекомендую.

— Хорошо, — произнесла я уже тише. — Тогда скажем так: нужный человек.

Он ничего не ответил. Но не отвёл взгляд. И именно это почему-то оказалось опаснее любых слов.

Морр, наблюдавший за нами с видом существа, которое давно уже всё поняло и устало ждать, когда до людей дойдёт очевидное, мысленно сказал:

Вы двое когда-нибудь устанете делать вид, что спорите не с тем, что вам нравится, а только с формулировками?

Я тебя отдам Тарну жить в теплице.

Меня там будут кормить.

Ты отвратительно приспособлен к жизни.

Спасибо.

— Второй путь, — сказал Дион, и я чуть не поблагодарила его вслух за то, что он тоже решил не оставаться в этой паузе дольше нужного, — понять, что именно в тебе может быть настолько важно.

Я поставила чашку. Медленно.

— И вот это мне нравится меньше.

— Мне тоже.

— Даже странно, — сказала я. — Обычно на самых неприятных вещах ты становишься особенно собранным.

— Я и сейчас собран.

— Нет. Сейчас ты выглядишь так, будто заранее ненавидишь всё, что мы там найдём.

На секунду он отвёл взгляд к окну, за которым город шёл своей жизнью, и я поймала себя на мысли, что в такие моменты он выглядит не старше, нет, но… тяжелее. Как человек, который давно уже живёт не только тем, что делает, но и тем, что носит в себе.

— Возможно, — сказал он.

Я не стала давить. Не потому что не хотела. Потому что это было бы слишком. Вместо этого я взяла ещё кусочек пирога и посмотрела на него поверх тарелки.

— Если всё это приведёт нас к чему-то очень неприятному, я всё равно хочу знать.

— Я знаю.

— Тогда не вздумай играть в защитника от реальности.

— Слишком поздно.

Я фыркнула.

— Ненавижу, когда ты иногда говоришь удачные вещи.

— Ложь.

— Наглая.

— Почти талантливая.

Грегор тихо опустил взгляд в чашку.

— Вы выглядите усталым, — заметила я.

— Это потому, что я нахожусь здесь, — ответил он без тени эмоции.

— А раньше вы были где? В более приличных мирах?

— В более предсказуемых обстоятельствах.

— Вам здесь скучно?

— Нет, госпожа. И это меня тревожит.

Я не выдержала и рассмеялась. Даже Дион на этот раз не спрятал полностью улыбку.

И вот так, среди чая, пирога, ошейника на Морре, булавки с вороном, браслета, который Дион всё ещё не надел, но положил рядом с собой на стол, и разговоров о людях, которые собирают тайные кружки по интересам, я вдруг почувствовала ту самую странную, почти нелепую полноту жизни, которую невозможно было бы объяснить никому в моём прошлом мире.

И, что особенно забавно, я уже почти перестала хотеть это объяснять.

Домой мы возвращались медленнее. Не потому что устали.

Потому что день неожиданно приобрёл ту форму, которую я бы, наверное, назвала хорошей, если бы в этой форме не было тайных организаций и попыток убийства.

Солнце уже клонилось ниже, город становился мягче, золото света ложилось на стены и плечи прохожих, и всё это выглядело так спокойно, что поверить в скрытый под этим слой было почти невозможно.

Но я уже знала, что он есть.

И всё равно шла, держала свёртки, чувствовала рядом Диона, слышала за спиной шаги Грегора и редкие мысленные комментарии Морра, и от этого день не становился тяжелее. Напротив.

Он становился моим.

А это, пожалуй, было куда страшнее и прекраснее любого заговора.