Книга Врачебная тайна 3, страница 104 – Дия Семина

Двадцать минут спустя. Кабинет Его Сиятельства князя Разумовского. Зимний дворец.

Его Сиятельство, канцлер Царства Российского Василий Георгиевич Разумовский, породистый, статный и очень педантичный человек, ровно такой по характеру, по воззрениям и методам ведения дел, каким должен быть образцовый глава государственного аппарата могущественной страны.

Так же обязаны мыслить, действовать и выглядеть его высокопоставленные подчинённые. И каково же было его удивление, когда в кабинете появился небритый, уставший Аракчеев. Идеальный мундир только подчёркивает потрёпанный вид Действительного Тайного советника канцелярии.

— Друг мой, вы где пропадали? И ваш облик внушает трепет даже у меня. Уж не заболели ли? У нас такая ситуация, что болеть невозможно…

— Здравия желаю, Ваше Сиятельство, мне ли не знать про ситуацию, я сам её и заварил, в смысле начал это непростое дело и, кажется, назад дороги нет. Если Его Величество решит отомстить мне каторгой, ну что же я готов. Однако отступить не могу. Прошу простить.

— ЧТО? Вы в своём уме, меня вызвал Его Величество Александр Иоаннович, потребовал объяснений, отчётов, я стоял, как истукан не в силах ничего пояснить, ибо совершенно не в курсе дел. А оказывается, это мой подчинённый устроил нечто такое, что у царя глаза налились кровью и бешенство душит.

Аракчеев вздохнул, впервые его отчитывают так строго, но, кажется, Григорию получать строгие выговоры — дело привычное.

— Душит и есть отчего. Давайте лучше к делу. Оно вам не понравится. Садитесь, я расскажу всё, что произошло за это непростое время, точнее, сутки и потом мы предстанем перед царём, клянусь, возьму всю вину на себя. Хотя, надеюсь, что не придётся.

Канцлер, осознав, что иного варианта нет, указал на кресло, сел сам, но после первых же слов побледнел, ослабил узел широкого галстука и уставился на инквизитора с таким видом, словно видит перед собой демона мести.

— Сан вам подчинился полностью?

— Да, Ваша Светлость, и я уже не могу действовать иначе. Я сам есть закон. И если Юлия Юсупова является ведьмой, причём настоящей и творит зло, я обязан её уничтожить, невзирая на её статус и ранг, невзирая на её амурные отношения с первым мужчиной царства, и ровно так же обязан поступить с её братом. Это данность иного порядка. Принимаете вы её или нет, но она ведёт меня. Однако это ещё не самое ужасное. Мы нашли таинственный, но не слишком хорошо скрываемый форт «Приют ненужных жён». Там женщины содержались с ложными диагнозом, под прикрытием закона о «ВРАЧЕБНОЙ ТАЙНЕ», однажды нечистый лекарь, объявлял женщину больной, и повторно никто не удосуживался проверить данные. И зачем, если всех, всё устраивало. Последние недели, кто-то начал задавать неудобные вопросы, и тем усложнил жизнь подлецам, но увы, никто до вчерашнего вечера не знал, где содержат «псевдобольных». И сегодня до рассвета мы забрали всех несчастных женщин в столицу. Они не виноваты ни в чём, но были обречены на такие страдания, какие не получают самые жестокие преступники и убийцы.

— Мать честная! Боже мой! Это скандал, нет это — катастрофа! — простонал канцлер, вытер лоб платком, выдохнул и решился. — Только ваш сан инквизитора вас спасает. Поспешим к царю, пока он не совершил глупость и не отрёкся от престола. Это дело зачистить под силу только ему…