Книга Опальная фаворитка, страница 77 – Людмила Вовченко

— Потому что если Бельфонтен начнёт приносить серьёзный доход, вы перестанете быть неудобной бедной родственницей.

Адриен, до этого молчавший, тихо произнёс:

— И станете удобным активом.

Клэр повернула голову.

Он смотрел на документы.

Не на неё.

Лицо серьёзное.

Пальцы лежали на подлокотнике.

Большой палец медленно провёл по дереву.

Раз.

Второй.

Он думал.

— Именно, — сказал Люсен.

Клэр откинулась в кресле.

— Значит, мне нужно заработать достаточно, чтобы стать проблемой, но не дать никому превратить меня в решение.

Люсен улыбнулся.

— Примерно.

Адриен поднял глаза.

— И не спешить с браком.

— Я вообще не собираюсь спешить.

— Хорошо.

Слишком быстро.

Клэр посмотрела.

Адриен понял.

Бровь поднялась.

— Что?

— Почему «хорошо»?

— Потому что Люсен прав.

— Я ничего не сказал о скорости брака, — заметил Люсен.

Адриен медленно повернул голову к брату.

Люсен сидел с невиннейшим лицом.

Клэр прикусила внутреннюю сторону щеки.

Адриен снова посмотрел на неё.

— Потому что ваш будущий муж получит слишком большое влияние на ваши дела.

— Уже лучше.

— Что значит «лучше»?

— Ответ стал умнее.

Люсен опустил голову над бумагами.

Плечи дрожали.

Адриен прикрыл глаза.

На лбу появились две горизонтальные складки.

Потом он выдохнул.

— Когда-нибудь я научусь с вами не спорить.

— Не надо. Будет скучно.

Он посмотрел.

И вот теперь улыбка появилась медленно.

Совсем другая.

Без насмешки.

Тёплая.

Клэр на мгновение стало слишком тесно в комнате.

Она первой отвернулась к документам.

Следующее утро началось с денег.

Это всегда улучшало настроение.

Пришла ещё одна часть платежа Дюваля.

Не лично.

Через доверенного человека.

Клэр пересчитала.

Записала.

Отложила сумму на крышу.

Отдельно — на топливо.

На продукты.

На ткань.

На работы у источника.

И только после этого позволила себе подумать о расширении.

Пьер сидел напротив.

Бастьен Рено приехал оценить старый виноградник и теперь тоже присутствовал.

Матьё стоял у двери.

Почему — никто уже не спрашивал.

— Восточное крыло пока не трогаем, — сказала Клэр. — Только чтобы не разрушалось дальше.

Пьер кивнул.

— Крыша над жилой частью?

— Закончить до следующего сильного дождя.

— Фурнье могут.

— Пусть называют цену заранее.

Бастьен хмыкнул.

— Они теперь вас боятся.

— Хорошо.

— Не очень.

— Почему?

— Когда мастер боится хозяйку, начинает закладывать страх в цену.

Клэр посмотрела.

Потом улыбнулась.

— Вы мне нравитесь.

— Не надо.

— Почему?

— Я женат.

Матьё фыркнул.

Клэр рассмеялась.

— Я о вашей голове.

— А.

Бастьен подумал.

— Тогда можно.

Пьер отвернулся к окну.

Клэр увидела, как у него дёрнулся уголок рта.

— Виноградник? — спросила она.

Бастьен посерьёзнел.

— Не умер.

— Это хорошая новость?

— Для виноградника — да. Для кошелька — нет.

— Что нужно?

Он перечислил.

Обрезка.

Подпорки.

Часть лоз убрать.

Починить стену.

Разобраться с дренажем.

Клэр записывала.

Не всё сразу.

Весной.

Если деньги будут.

— А сад?

— Лучше. Яблони старые, но крепкие. Груши тоже. Сливы надо чистить. Орехи хорошие.

Клэр кивнула.

Еда.

Варенье.

Сушёные фрукты.

Масла?

Позже.

Она запретила себе строить империю из трёх яблонь и одной груши.

— Теперь вода.

Пьер подался вперёд.

Клэр разложила грубый рисунок местности.

— Мне нужно понять, можно ли подвести воду ближе к прачечной без того, чтобы она остыла по дороге и без того, чтобы мы разорились.