Книга Опальная фаворитка, страница 158 – Людмила Вовченко

Тепло тела чувствовалось через тонкую ткань ночной рубашки и его рубашку. Клэр провела пальцами по затылку, запустила их в каштановые волосы.

Поцелуй стал глубже.

Адриен отстранился первым.

Дышал тяжело.

— Клэр.

Она посмотрела.

— Что?

— Если вы сейчас скажете, что хотите обсудить ещё один пункт договора, я выброшусь из окна.

Клэр посмотрела на окно.

— Первый этаж.

Он замер.

Потом рассмеялся.

Так громко, что Клэр пришлось закрыть ему рот ладонью.

— Тише.

Он поцеловал её ладонь.

— Тогда что?

Клэр взяла со стола брачное соглашение.

Адриен перестал смеяться.

Она положила его перед ним.

— Завтра Люсен перепишет четыре пункта.

— Да.

— Потом я ещё раз прочитаю.

— Да.

— Если он ничего не испортит…

Адриен смотрел так внимательно, что ей стало смешно.

— Я подпишу.

Он не шевельнулся.

— Что?

— Вы слышали.

— Хочу ещё раз.

— Нет.

— Клэр.

— Не торгуйтесь.

— Это не торговля.

— Именно она.

Он схватил её за талию.

Клэр засмеялась.

— Адриен!

— Повторите.

— Поставьте меня.

— Сначала повторите.

— Шантаж.

— Да.

— Манипуляция.

— Вы плохому научили.

Клэр обхватила его за шею.

Посмотрела в глаза.

— Я подпишу договор.

Адриен замер.

И вот теперь появились ямочки.

Медленно.

Так счастливо, что Клэр почувствовала, как сердце предательски сжалось.

— Значит…

— Это значит только то, что я сказала.

— Вы выйдете за меня.

— После подписи.

— Практически да.

— Юридически нет.

— Ненавижу Люсена.

— Он ещё ничего не сказал.

— Но вы уже говорите как он.

Клэр улыбнулась.

— Привыкайте.

Адриен поцеловал её.

И на этот раз она не собиралась обсуждать документы.

Вообще.

---

Утром Матьё нашёл на столе в малой столовой записку.

Прочёл.

Поднял голову.

Клэр пила кофе.

Женевьева выбирала из корзины яблоко.

Люси разливала горячее молоко.

Адриена не было.

Он уехал на рассвете в Сен-Реми.

— Это вам, — сказал Матьё.

Клэр взяла.

Письмо было от Элеоноры.

Всего несколько строк.

Она прочла.

Потом ещё раз.

Женевьева заметила.

— Что?

Клэр подняла глаза.

— Кажется, мадам де Монферран уже написала письма.

— И?

Клэр протянула матери лист.

Та прочла.

Лицо изменилось.

— Когда?

— Через восемь дней.

Люси застыла с кувшином.

— Кто?

Клэр посмотрела на неё.

Потом на Маргариту, вошедшую в комнату.

На Матьё.

На мать.

И вдруг начала смеяться.

Не от веселья.

От того особого состояния, когда судьба наконец перестаёт стучать в дверь и просто входит без разрешения.

Элеонора предупреждала:

в Бельфонтен собиралась приехать одна из женщин, некогда присутствовавших при том самом придворном унижении, после которого прежнюю Клэр удалили из королевского окружения.

Не враг.

Хуже.

Свидетель.

И ехала она не одна.

С ней собирались ещё четыре дамы из Парижа.

Женевьева медленно опустила письмо.

— Они хотят посмотреть, во что ты превратилась.

Клэр взяла чашку.

Отпила кофе.

Он был горячим, крепким и великолепным.

— Нет, мама.

Она улыбнулась.

— Они хотят посмотреть, во что превратился Бельфонтен.

За окном по новой дороге уже грохотала первая телега с камнем.

Глава 15 Париж приезжает в Бельфонтен

На восьмой день после письма Элеоноры Бельфонтен проснулся под тонким первым снегом.

Не настоящим зимним снегом, способным укрыть дорогу, крыши и поля плотным белым полотном, а осторожным предзимним предупреждением. За ночь крупинки льда припорошили каменные карнизы, голые ветви яблонь и тёмные доски конюшни. К рассвету снег начал таять. С крыш размеренно капало, земля возле дома снова темнела, а над четырьмя минеральными источниками поднимался особенно густой белый пар.