Книга Демон-раб. Моё сладкое подчинение, страница 22 – Месса Лина

Елеанна сделала шаг вперед и сорвала с шеи багряный камень на цепочке.

Это был не просто камень.

Внутри него с самого утра жила капля очищенного звездного света из старых хранилищ Имвер, смешанная с ее собственной кровью и солью разрушения. Гардериус думал, что она явится на суд в красивых драгоценностях. Елеанна же пришла с ключом, который должен был сломать его круг.

— Равель! — крикнула она.

Старик, раненый в плечо, но еще державшийся на ногах, понял сразу. Он швырнул ей из-за опрокинутого стола серебряную печать дома Имвер. Елеанна поймала ее одной рукой, разбила камень о край мраморной чаши и ударила печатью в уже почерневший поток звездного света.

Раздался звук, будто стекло треснуло не снаружи, а изнутри мира.

Черные струи дернулись. Пошли багряными прожилками. Тени на полу забились, зашипели и на миг ослабли.

Гардериус резко повернулся к ней.

— Дрянь.

— Поздно вспомнил.

Он ударил первым. Не клинком. Сырым выбросом силы, от которого воздух между ними скрутило спиралью. Елеанну отбросило назад. Спина ударилась о край стола, боль вспыхнула под лопатками, а во рту появился вкус железа. Но она устояла. Почти.

Гардериус был уже рядом.

Он схватил ее за запястье так крепко, что она услышала собственный короткий вдох. Его пальцы оказались ледяными, как у мертвеца, а глаза горели темным золотом безумия.

— Ты все равно откроешь мне путь, — прошипел он. — Твоя кровь старше моей. Твой род носил это право раньше, чем научился прятаться за красоту и манеры.

Он дернул ее к себе. Лезвие, тонкое и ритуальное, мелькнуло у нее перед глазами.

Каэлен увидел это из другой части зала.

Елеанна заметила только, как меняется его лицо. Спокойствие исчезло. Осталось что-то древнее, хищное, страшное. Он буквально прорубил себе дорогу через двух культистов, выдрал меч из рук павшего стражника и двинулся к Гардериусу с такой скоростью, что люди рядом инстинктивно шарахались в стороны.

— Не смей, — выдохнула Елеанна, глядя на него поверх плеча Кронтона.

Она сказала это не Гардериусу.

Каэлен услышал.

И все-таки замедлился ровно настолько, чтобы не сорвать ей игру.

Это стоило ему крови: один из теневых жгутов полоснул его по бедру, второй ударил в плечо. Он даже не обернулся.

Гардериус усмехнулся, уловив этот обмен.

— Вот в чем твоя слабость, — сказал он ей прямо в лицо. — Не в доме. Не в Совете. В нем.

— Ошибаешься, — прошептала Елеанна.

И ударила его свободной рукой печатью прямо в рану, которую он сам успел разрезать на ее запястье.

Кровь коснулась металла.

Печать вспыхнула багряным.

Знак дома Имвер, напитанный звездным светом, врезался в незаконно поднятую силу и сработал, как клин в гнилой кости. Черные линии на полу пошли рваными трещинами. То, что Гардериус поднимал снизу как послушную мощь, вдруг дернулось в обратную сторону. Тени, тянувшиеся к Елеанне, разом рванулись к нему самому.

На его лице впервые появился настоящий страх.

— Нет.

— Да, — тихо сказала она.

В этот миг Каэлен был уже рядом.

Он ударил Гардериуса в бок так, что тот выронил нож и потерял хватку. Елеанна вырвалась. Каэлен схватил Кронтона за горло и развернул к центру зала, прямо к рваному кругу, который теперь жрал собственного хозяина. Черные жгуты обвили ноги Гардериуса, полезли по коленям, выше, к талии, к груди.