Книга В тупике сбывшихся желаний, страница 68 – Ян Сикоревич, Mareka, EauVive

— Нападение на полицейского при исполнении!

— Да ты без формы, старый дурак.

Брюки с расстёгнутой ширинкой сползли до щиколоток. Однако участковый их резво подтянул и оглянулся. За ним стояла Галина Ильинична с граблями.

Он покраснел всем телом, отчего стал похож на стручок перца. — Ах ты, паскудник! Щас пришибу! Я старая, может, мне в тюрьме остаток дней провести судьба велела, но есть шанс, что оправдают, — затрещала старуха. — А может, мне жену твою позвать?

Участковый торопливо оделся и ретировался с видом оскорблённой невинности, бубня, что это так не оставит.

Анжела села, прижимая к себе скалку. Теперь точно сживут со света. Впереди замаячила тюрьма, и сквозь траурное марево она увидела себя в петле.

— Дела, Желечка, хуже некуда. Уезжать тебе надо. У него в городе родня во власти. Тебе туда соваться опасно. Собирай вещи, и по бережку в соседний поселок. Он мужик отходчивый, должно наладиться всё. Но спрятаться тебе надобно.

Анжела быстро побросала самые необходимые документы. Ах да! Паспорт не забыть. Бежать, и поскорее!

— Слушай, ты же грести умеешь, лодкой быстрее доберёшься, а то берег крутит. Давай через огород к старому причалу, там лодка стоит. Рыбак Ванька сегодня хворает, можешь её взять. На юг плыви. Но там граница недалеко, ты аккуратнее, чтобы не пересечь. Военные заметят — пиши пропало. Может, и даст тебе бог силы дорулить. Два часа ходу. В посёлке спросишь Валентину, моя школьная душевница. И письмецо от меня передашь, я накропаю сейчас. Море сейчас тихое.

Она обняла на прощанье внучку.

— Удачи тебе!

Последние слова с прохладным вечерним ветром долетели до Анжелы, когда она споткнулась на пороге и летела со ступенек. «Ох, не к добру. Что ж я такая невезунка?» — Энжи всхлипнула. Поднялась, облизывая разбитую губу. Теперь этот солёно-сладковатый привкус будет её последним воспоминанием о жизни в деревне.

Ночь, безветренная и тёмная, будто Анжела провалилась в недра земли, спрятала её отплытие.

Энжи гребла долго. Сколько раз вёсла с мерным постукиванием в уключинах хлюпали в чёрной воде, мерцающей тревожными бликами? Сотни, тысячи? Внезапно выглянула луна, Анжела увидела, что далеко отплыла от места бегства. А впереди неизвестность. Руки машинально продолжали однообразные движения, несмотря на усталость и вспухшие мозоли на ладонях. Энжи держалась у берега, у неё открылось второе дыхание. «Вот и легче стало. Скоро доберусь до соседнего города, и начну жизнь заново… в который раз», — успокаивала она себя, не зная, что лодку подхватило сильное течение, оно относило беглянку к границе.

Первое время Анжела с энтузиазмом гребла в обволакивающем обманчивой доверчивостью мареве тумана. Сумрак сгущался. Солёные брызги да пробивающиеся, если повезёт, из-за туч звёзды-мигалки оставались единственными свидетелями её бегства. Вот в дымке окончательно скрылась и земля с приставучими мужчинами-самцами, предлагающими лишь себя любимых да маленькую зарплату, за которую и убогий ширпотреб не купишь, если не совершишь утомительный кросс по магазинам. Если вообще донесут получку домой, а не пропьют в подворотне за милую душу. Вот доплывёт до соседнего города, там всё будет по-другому. Она найдет достойного мужика, который нормально зарабатывает и позаботится о ней, по бабам шляться не будет… Шмоток накупит самых модных и красивых. И обязательно настоящие лабутены с красной подошвой. Заживёт она в своё удовольствие, не надо учить всякую экономическую и философскую ересь, от которой только портится аппетит, и станет проводить время в шикарных ресторанах, посещать модные шоу, плавать на яхтах и душиться французскими духами… в общем, наслаждаться, как говорится — прожигать жизнь!