Книга Жена злодея, страница 71 – Виктория Рогозина

Он вновь оглядел бояр. Эти люди были рядом с ним долгие годы, и среди них могли скрываться предатели. Но пока не было никаких зацепок. Всё выглядело спокойно, все старались казаться верными и преданными. Но Берендей знал: за масками спокойствия могли прятаться самые тёмные замыслы.

«Я должен быть осторожен», — думал князь. Его ум был острым, как наточенный клинок. Он понимал, что истинного врага предстоит найти среди тех, кто ему ближе всего. Но как? Все улики исчезли вместе с Марфой.

Оставалось только ждать. Берендей был готов играть долгую игру, ведь от этого зависела судьба его княжества.

Князь Берендей уверенно откупорил сосуд с вином, предвкушая хоть немного облегчить свои мысли. Глубокий глоток терпкого напитка разлился теплом по горлу, но мгновение спустя его тело словно пронзила ледяная игла. Он почувствовал резкую слабость, ноги подкосились, и он едва успел схватиться за стол, прежде чем рухнуть на пол.

«Отравили!» — пронеслось в голове, и все вокруг померкло. Мир стал зыбким и неясным, словно сквозь туман. Сердце бешено колотилось, дыхание стало тяжелым, грудь сковало невидимой хваткой. Берендей пытался пошевелиться, но руки не слушались, слабость парализовала тело.

Перед глазами поплыл тусклый свет, и лицо Марфы, такое родное и такое далекое, возникло перед ним, как последнее воспоминание. Князь боролся, пытаясь удержать сознание, но яд оказался слишком силен. Всё исчезало, всё погружалось во тьму.

Глава 32. Буян

Как дождь, что в землю проникает, семена росткам прорастает:

так и слова, произнесённые с сердцем, в жизни плоды дадут.

Царь Гвидон лениво сидел на троне, погруженный в пиршественные звуки, окруженный музыкой, вином и танцами. Едва он успел дотянуться до кубка, как в зал ворвался запыхавшийся слуга, поспешивший склониться перед царем и заговорить:

— Ваше величество, новости важные! Батайское княжество выстояло против войск Кощея Бессмертного! Женщины острога защитили свои земли и враг отступил.

Гвидон откинулся назад, подперев голову рукой, и, едва слушая, кивнул.

— Выстояли, говоришь? Ну и хорошо, — равнодушно протянул он, делая очередной глоток вина. — Пусть празднуют свою победу. Нам-то что с того?

Он вновь обратил внимание на танцовщиц, чьи восточные наряды мерцали при свете факелов. В зале звучали смех и музыка, пир продолжался, а Гвидон с улыбкой наблюдал за весельем, совершенно не думая о том, что где-то за пределами его тихого острова идет война, и что Кощей Бессмертный продолжает захватывать все больше земель.

«Никто и никто не доберется до Буяна,» — подумал царь, снова погружаясь в праздное наслаждение. — «Здесь нас ничто не тронет.»

Праздник на острове Буяне продолжался. Огромные столы ломились от изысканных яств — жареного мяса, пирогов с диковинными начинками, корзин с сочными фруктами и сладостями. Вино лилось рекой, переливаясь в кубках золотистыми и рубиновыми бликами. Гидон, небрежно бросивший на пол синий плащ, словно вовсе не был царем, наслаждался этим пиршественным изобилием, погруженный в беззаботные удовольствия.

Перед ним двигались танцовщицы, облаченные в легкие, полупрозрачные ткани, украшенные мерцающими драгоценными камнями. Их движения были грациозны, будто ветер играл в кронах деревьев. Восточные наряды добавляли загадочности: звенящие браслеты на руках и ногах, яркие ткани, украшенные золотой вышивкой, придавали танцу нечто волшебное и экзотическое.