Книга Жена злодея, страница 1 – Виктория Рогозина

Пролог

В сих землях, где ночь со днём хороводят,

да неведомое за каждым древом таится,

всяк путник судьбу свою сам кует,

коль веру в сердце носит.

Се было в древние времена, когда князи да землепашцы, кузнецы да волхвы молились Богу Сварогу. В лета те смердов и лиходеев жестокой смерти на костре предавали, а виновен ли человек аль невинен, решал скорый да неумолимый княжий суд. Имя того князя в летописях дивом лишь уцелело. Князь сей намеревался в жёны взять девицу Марфу, но жизнь её трагически прервалась. В убийстве её подозревали деву по имени Антарес, которую многие в окрестных селениях ведьмой нарекали. Люди говаривали, что де Антарес порчу навела да погубила невинную Марфу, невесту князя Берендея.

Князь сей был человеком могучего телосложения, и одно лишь его присутствие вселяло трепет даже в самых отважных воинов. Высок, с широкими массивными плечами, он носил длинный плащ из меха черного медведя, что подчёркивало его власть и неукротимую силу. Густая рыжеватая борода обрамляла его суровое лицо, помеченное временем и битвами — глубокий шрам, простирающийся по правой щеке, свидетельствовал о том, что не раз он встречал смерть лицом к лицу и неизменно выходил победителем.

Под густыми бровями сверкали светлые, проницательные очи, всегда ищущие правды и справедливости, хотя нередко встречали лишь жестокость мира. Волосы его, слегка вьющиеся и тоже рыжеватые, едва касались плеч, создавая образ дикого, но величественного правителя.

На поясе князя висел тяжёлый меч, украшенный древними рунами и символами, говорящими о знатном его рождении и великих подвигах на поле брани. Меч сей был не просто оружием, но и знаком его власти, орудием правосудия, с помощью которого он вершил суд и приводил приговоры в исполнение. Рука его уверенно лежала на рукояти, готовая в любой миг выхватить клинок и покарать всякого врага али предателя.

Антарес, стоя на костре, взывала к разуму людскому:

— Зачем не веруете мне? Не я её погубила! Не виновна я!

Но речи её тонули в ропоте толпы, жаждущей праведного суда и мщения.

— Княже, отчего внимаете лишь речам людским, голосам черни, а не истине, что в сердце моём заключена? Не я погубила Марфу, как нашептали вам злые языки!

Антарес была воплощением природной красоты и грации, облик её мог затмить даже цветы дивные. Длинные русые косы, сплетённые в тугую плетень, спадали по её спине, словно золотая река, мерцающая в лучах закатного солнца. Каждый шаг её был лёгок и плавен, будто она парила над землёй, а стройная её фигура подчёркивала естественную грацию и женственность.

Лик Антарес, несмотря на ужас и отчаяние, оставался поразительно красивым и спокойным. Высокие скулы, нежные черты, светлая кожа, что казалась почти прозрачной под лунным светом, создавали образ хрупкой и невинной девицы. Но более всего приковывали взор её очи — серые, глубокие, как бурное море, они светились особой мудростью и печалью. Эти глаза ведали больше, чем могли постичь иные, хранили в себе тайны, неподвластные простому смертному.

Голос её, когда взывала она к толпе, был чист и мелодичен, но в нём слышались нотки безысходности и отчаяния. Одежды Антарес не блистали ни роскошью, ни богатством — простое льняное платье, украшенное скромной вышивкой, едва скрывало её женственность. Но именно эта простота делала её образ ещё более трогательным и контрастным на фоне жестоких обвинителей.