Книга Жена злодея, страница 39 – Виктория Рогозина

Лишь на третий день пути князь Берендей со своим верным отрядом достиг границ Эрнэйла. Трое суток они скакали, почти без отдыха, через мрачные чащи лесные, глубокие долины и реки бурливые. Усталость легла тенью на их лица, но дух не сломился. И вот, когда солнце лишь начинало склоняться к закату, перед ними раскинулись плодородные земли Эрнэйла.

Взгляду князя предстало зрелище, что невольно вызывало восхищение. Зеленые поля тянулись до самого горизонта, где мирно паслись стада, ухоженные сёла, богатые нивы, полные плодами деревья. Всё здесь дышало богатством и процветанием, так не свойственным его родным землям, где в последнее время царили тревога и смута.

Берендей, оглядев эти благодатные земли, понял, что князь Лука сумел не только сохранить, но и приумножить всё, что было ему даровано судьбой. Сердце князя наполнилось смешанным чувством — и радостью за процветание соседнего княжества, и тихой завистью, и надеждой на то, что Лука сможет стать достойным союзником в предстоящей борьбе.

— Земля эта благословенна, — молвил один из дружинников, ломая долгую тишину. Берендей лишь кивнул, понимая, что отныне эта благословенная земля станет полем битвы против сил Кощея Бессмертного, и что сам он должен использовать всё, что возможно, чтобы спасти своё княжество от неминуемой беды.

Когда отряд князя Берендея достиг столицы Эрнэйла, он и его люди замедлили шаги, пораженные величием и красотой города. Высокие стены, увитые зеленью, окружали град, чьи белокаменные башни вздымались к небу, отражая солнечный свет. Ворота, украшенные резьбой, распахнулись перед путниками, и они вошли в город.

Улицы были широкими, вымощенными камнем, по сторонам которых стояли дома, выстроенные с особым мастерством. Златоверхие купола храмов сияли в лучах вечернего солнца, а по улицам сновали люди, занятые своими делами, но казалось, что ни одна тень тревоги не омрачала их лиц. Тут царило богатство и порядок, и каждое здание, каждый уголок города говорил о мудрости и силе правителя, который сумел так преобразить свою столицу.

Берендей ехал молча, осматриваясь по сторонам. Он видел, как чисты были мостовые, как ухожены сады, как приветливы жители, встречавшие их взглядами, полными уважения и дружелюбия. Он поражался тому, как царил здесь мир и достаток, несмотря на грозящие извне опасности.

Подъехав к великому княжескому терему, выстроенному из крепкого дуба и украшенному изысканной резьбой, Берендей невольно замер. Терем этот был словно вырезан из древних сказаний, его золотые купола и витые колонны впечатляли своим величием. Впервые за долгие годы Берендей почувствовал себя частью чего-то великого и благословенного.

«Так вот каково оно, правление князя Луки,» — подумал он, слезая с коня. — «Ежели такова его столица, таково и его княжество. Здесь, в этой земле, зреет сила, способная стать щитом против тьмы Кощеевой.»

Дружинники Берендея, подобно своему князю, были потрясены увиденным. Никто не произнес ни слова, но все почувствовали нечто большее, чем просто восхищение. Это было чувство уверенности и надежды, что их союз с князем Лукой принесет спасение их родной земле.

Когда ворота терема отворились, дружина Берендея вошла внутрь. Воины осматривали величественное убранство: полы были выложены узорчатой плиткой, на стенах висели драгоценные ковры и оружие, а в каждом углу стояли резные деревянные скамьи, украшенные золочеными орнаментами. Стражники, облачённые в доспехи, внимательно следили за каждым движением гостей, но на их лицах не было и тени враждебности.