Книга Хулиганка для нага, страница 20 – Алиша Михайлова

Я представила эту картину.

Император нагов, владыка мира, великий и ужасный, сидит в роскошном кресле, подперев щёку рукой, смотрит в магический шар и видит там мокрую розоволосую девицу, которая старательно намыливает коленку. Трёт её мочалкой, придирчиво осматривает, трёт ещё раз. Потом переключается на вторую коленку. Потом на локти. Потом намыливает плечи, запрокинув голову и жмурясь от удовольствия.

И улыбается.

Вот этой своей улыбочкой, той самой, краешком губ. Которая либо обещает большие неприятности, либо что-то другое. Что именно пока непонятно, но от одних воспоминаний по коже побежали мурашки. Гусиные, колючие, но какие-то... сладкие, что ли. Не имеющие никакого отношения к температуре воды.

— Ну и пусть, — фыркнула я, отбрасывая эту мысль, как надоедливую муху. — Авось просветится, чего людям в воде делать надо. Может, новую культуру узнает. Расширит кругозор. Будет потом на заседаниях совета рассказывать: «А знаете, подданные мои, люди, оказывается, намыливают сначала левую коленку, а потом правую. И это очень важный культурный маркер».Усмехнувшись собственной шутке, я наконец сосредоточилась на процессе. Намылилась местным мылом. Ополоснулась под каменной лейкой. И вылезла из бассейна, закутавшись в свежее, пушистое полотенце.

В зеркале на стене ниши отразилась я. Чистая. Румяная. С мокрыми розовыми волосами, которые теперь не торчали дыбом, а висели тяжёлыми сосульками, стекая водой на плечи. Сажа исчезла, безумный взгляд... ну, почти исчез. Осталась просто девушка, которая понятия не имеет, где находится и что делать дальше. Но хотя бы чистая девушка.

— Уже лучше, — сказала я отражению. — Почти человек.

Вернулась в комнату, надела халат. Кое-как промокнула волосы полотенцем, оставляя их влажными, но хотя бы не текущими. Взгляд скользнул по склянкам на каменной полке. Нет уж, пользоваться ими я пока не рискую. Вдруг там что-то для волос, а вдруг клей для век? Или вообще кислота для выведения пятен?

В дверь постучали. Склянки, кислота, всё разом вылетело из головы. Осталось только сердце, которое прыгнуло в горло и забилось там пойманной птицей.

— Войдите! — крикнула я и тут же пожалела.Надо было сначала привести себя в порядок. Волосы зачесать на пробор, халат запахнуть поприличнее, а главное сделать вид, что я тут просто сижу и никуда не собираюсь. Но было поздно. Дверь открылась.

Сандалии от кутюр и другие пытки

В комнату вошла нагиня, которую я никогда раньше не видела, и вошла так, будто комната принадлежала ей по праву рождения, а я тут просто случайная мебель, которую забыли вынести.

Двигалась она с грацией, от которой у меня, человека, всю жизнь учившегося управлять телом, челюсть чуть не отвисла. Я-то думала, что знаю про контроль движений. Ага. Щас.

Длинные тёмные волосы, уложенные в сложную причёску с золотыми нитями, блестели, как дорогой шёлк, ни один волосок не смел выбиться из этой идеальной геометрии. Платье струящееся, зелёное, с глубоким вырезом, открывающим плечи и ключицы. На шее тяжёлое ожерелье с камнями, которые переливались, как живые. Хвост длинный, гибкий, в жемчужных нитях, тёк по полу, оставляя след. Чешуя у неё была не матовая, как у служанок, а переливчатая, с изумрудным отливом, менявшимся при каждом движении.