Книга Гимлеон. Интоксикация, страница 125 – Реа Мар

Комната заполнена лабораторным оборудованием: колбами, пробирками, микроскопами. На столе какие-то приборы, переплетенные провода.

— Проверьте здесь всё, — бросает Брина, не сводя взгляда с коридора.

Тим и Адам обыскивают помещение, Чак пытается включить компьютер — безуспешно.

Я скольжу взглядом по полкам, заставленным пробирками и флаконами с мутной жидкостью. Брезгливо морщусь, отворачиваюсь от одного из сосудов, содержимое которого вызывает тошнотворные ассоциации: то ли сгусток гноя, то ли колония плесени, разросшаяся в склянке. Вникать в подробности не хочется.

Натыкаюсь взглядом на отца. Он стоит возле большой чёрной доски, его взгляд прикован к чертежам на ней, уравнениям и формулам. Половина из них стёрты от времени или спешки. Папа что-то бормочет себе под нос, водя пальцем под надписями. Я не понимаю ни слова из того, что он говорит, но вижу, как напряжено его плечо.

— Что здесь написано? — спрашивает Брина.

— Они… искали лекарство. Пытались понять принцип работы вируса, чтобы создать антидот. Эти формулы… это отчаянные попытки расшифровать механизм переписывания ДНК… — Отец тяжело вздыхает, проводит рукой по лицу, взглядом пробегая по этим уже никому не нужным формулам. — Тогда все считали, что это просто новая особо агрессивная мутация. Пытались выделить антитела, создать вакцину. Использовали образцы тканей, кровь. Но вирус оказался другим. Он не просто убивал клетки, он их… — Отец замолкает на полуслове, уставившись в одну точку на доске.

— Ладно, док, хватит страдать по прошлому. У вас опыта побольше, так что ищите то, что приведёт нас к результату, — пытается вернуть его в суровую реальность Брина.

Но отец не отвечает. Он её будто вообще не слышит. Подняв с грязного пола обломок мела, он дрожащей рукой одним махом стирает часть старых записей и быстро выводит новое уравнение.

— Эй, всё, хватит! У нас нет времени! Пора собирать образцы!

Отец продолжает что-то бормотать, исписывая доску непонятными знаками.

— Доктор Вендель! — повышает Брина голос, шагая к нему и привлекая внимание остальных членов команды. — Я сказала, пора собирать образцы и сваливать! У нас нет времени возиться с древней писаниной, которая всё равно ни к чему не привела!

Понимая, что назревает конфликт, я решаю вмешаться. Подхожу к папе и осторожно касаюсь его плеча:

— Пап… Пап.

Но он резко отмахивается от меня, его глаза неестественно блестят. Тим, Лиззи и Адам бросают обыск и подходят к нам, растерянно всматриваясь в меловые строчки.

— Он что, бредит? — тихо спрашивает Тим.

Лиззи, нахмурившись, изучает символы, которые мне кажутся просто бессмысленным набором закорючек.

— Здесь нарушены все законы генетики…

— Похоже, доктор Вендель пытается восстановить какую-то последовательность, — качает головой Адам. — Но это же бессмыслица…

Вдруг отец отбрасывает мел, будто обжёгшись о него, поворачивается ко мне, стальной хваткой больно стискивает запястье и буквально тащит меня прочь. В его карамельных глазах полыхает дикий ужас.

— Нам нужно уходить, — хрипит он, затравленно оглядываясь по сторонам. — Здесь опасно. Очень опасно.

Брина перегораживает путь и хмурится.

— Мы никуда не уйдем, пока ты не соберёшь эти чёртовы образцы!

Отец игнорирует её, продолжая бессвязно шептать под нос о том, что нужно бежать. Его адекватность тает на глазах. Что его так сильно подкосило?