Книга Любовь, космос и цена свободы, страница 186 – Катерина Дэй

Линна тоже старалась развеять её страхи. Она рассказывала Ясмин о рихтэнах не как о грозных воинах, а как о тех, кто умеет быть невероятно преданным, кто помнит каждую мелочь и ради близкого готов свернуть горы.

— Они пугающие, да, — говорила Линна, мягко улыбаясь. — Но знаешь, что самое странное? Чем дольше ты с ними, тем больше понимаешь: именно эта их пугающая сила и есть самое надёжное укрытие, какое только можно найти.

Постепенно Ясмин начала верить. Сначала — в то, что Кэйрон не причинит ей зла. Потом — в то, что рядом с ним можно дышать свободно. А потом — и в то, что, возможно, она сможет быть не просто тенью во дворце, а настоящей королевой, хозяйкой своей судьбы.

В день, когда Кэйрон снова спросил её, готова ли она стать его женой, Ясмин не опустила глаз. Она посмотрела ему прямо в лицо — впервые без дрожи в голосе, без попытки спрятаться за рукавом, без желания превратиться в невидимку — и сказала:

— Да. Я хочу быть с тобой. Хочу, чтобы мы правили королевством вместе.

Кэйрон едва заметно улыбнулся, так, будто весь мир наконец-то встал на нужное место. И тихо, но твёрдо ответил:

— Тогда мы будем строить его так, чтобы в нём не осталось ни одной комнаты, где ты могла бы почувствовать себя пленницей. Даже кладовую переделаем, пусть там будет окно.

Ясмин тихонько хихикнула — впервые за долгое время по-настоящему, без страха, что смех сочтут признаком безумия:

— Кладовую с окном? Ты серьёзно?

— Абсолютно, — невозмутимо кивнул Кэйрон. — Я стратег. Я планирую наперёд. Вдруг тебе однажды срочно понадобится спрятаться в кладовке, но, чтобы при этом не чувствовать себя в ловушке.

С того дня у них началась счастливая жизнь. Парни обосновались в Шестом королевстве, а народ… О, народ был не просто рад — он устроил такой праздник, что фейерверки взмывали выше башен, пироги исчезали быстрее, чем их успевали ставить на столы, а дети бегали по улицам с криками: «Рихтэны! Рихтэны прилетели!»

Во-первых, деспот и тиран Морнтар всем был как кость в горле — да что там кость, он был как колючка в сапоге, которую никак не вытряхнуть, и терранцы годами жили в страхе. А во-вторых, о рихтэнах они были наслышаны и втайне мечтали, чтобы те свергли Морнтара.

Народ любил свою принцессу Ясмин и жалел её: все знали, как долго она сидела взаперти, как её прятал братец, будто она не живая, а секретный документ, который нельзя показывать посторонним. Поэтому перемены в королевстве — новый король, поселившиеся в нём рихтэны и, главное, свободная, улыбающаяся Ясмин — были для них как луч солнца во тьме.

Через трое суток Велдор Третий и Линна покинули Шестое королевство, возвращаясь домой в Пятое. Но оба знали: совсем скоро они снова туда вернутся, чтобы присутствовать на венчании. Его Величество уже прикидывал, какой подарок будет достаточно величественным, но не слишком громоздким, чтобы стража не вздыхала, таща его по коридорам, а Линна тихо радовалась, что сможет снова обнять Ясмин и сказать ей: «Ну вот, теперь всё будет хорошо. А если вдруг нет, то мы придумаем, как сделать, чтобы стало».

А там... где-то среди звёзд Алор, крепче сжал штурвал, подмигнул бортовому компьютеру и пробормотал:

— Ещё немного. Я уже близко.

Алор вывел корабль на финальный вираж, и сердце на секунду замерло. Он снижался над знакомыми холмами, над тёмной лентой реки, над тем самым гротом, и каждый изгиб дорог был ему дороже любой звёздной карты.