Книга Любовь, космос и цена свободы, страница 154 – Катерина Дэй

— Вижу. Танцуют.

— А ты всё стоишь.

— Ну… стою себе. Вас охраняю.

— Ты с каким лицом стоишь? Некоторые из поклонников меня уже боятся пригласить — вот с каким ты лицом стоишь. Они подходят и сразу отступают, будто ты им зелёного змия показал.

— Ваш кружевной принц к моему лицу мог бы и привыкнуть, — парировал Алор, и в его голосе мелькнула тень чего-то, что он не успел спрятать.

— Пойдём потанцуем, — Линна протянула ему руку, и в этом жесте было не приказание принцессы, а просьба девушки.

— Я такие танцы не умею, — тихо ответил он, не принимая руку, но и не отступая. — Обычаи аэлорцев — это переплетение хвостов. Что скажут твои поклонники, да и весь двор, когда я обовью тебя хвостом?

— А ты не делай этого, — принцесса сделала шаг ближе к нему, и от неё пахло вином, цветами и чем-то тёплым, от чего у Алора перехватило дыхание.

— Не смогу удержаться, — ещё тише пробормотал он, и его глаза на мгновение стали такими, что Линна почувствовала, как у неё подгибаются колени. — Инстинкт.

— Значит, не пойдёшь танцевать?

— Нет.

Но он не отвёл взгляда. И Линна смотрела прямо в эти сапфировые, бездонные глаза, и видела: он был к ней не безразличен. В этом взгляде, который она так долго пыталась разгадать, горело желание — не тлеющее, не осторожное, а настоящее, обжигающее, которое он давил, прятал, отрицал всеми силами. Но в том, как он смотрел на её губы, в том, как его зрачки чуть расширились, когда она подошла ближе, было что-то такое, что невозможно подделать. Что ещё важнее — в его глазах сквозили такие глубокие чувства, что он не мог их выразить, и поэтому делал всё, что было в его силах, чтобы отрицать их. И это вселяло надежду, на которую можно было опереться.

Линне не пришло в голову даже на мгновение задуматься над тем, а стоит ли он усилий, — она знала, что стоит. В нём было всё, чего она когда-либо хотела в мужчине: сила, которая не подавляет, а защищает; молчание, которое не отталкивает, а притягивает; взгляд, от которого хочется и бежать, и остаться. Когда он смотрел на неё, в его лице проступали признаки сильной, плотской страсти, той, что живёт не в словах, а в дыхании, в том, как он чуть наклонялся к ней, когда она говорила, будто ловил каждый звук её голоса.

Всё, что оставалось сделать, — придумать способ высвободить это желание.

Но тут она увидела, как между танцующими парами мелькнула знакомая кружевная вспышка: Фэррис, с лицом, полным решительности, двигался прямо к ней, явно собираясь пригласить на очередной танец. Линна, не раздумывая, скользнула за спину Алора, а рядом тут же встали Сэмэль и Рамэль, ухмыляясь так откровенно, что было ясно: они всё разгадали и решили поспособствовать.

Парни заговорили между собой о чём-то, намеренно закрывая Линну своими плечами и крыльями, а она, пользуясь тем, что Алор стоял к ней спиной, прильнула к нему. Не крепко, не вызывающе, только кончиками пальцев, только краем платья, но этого хватило, чтобы она почувствовала жар, шедший от его тела, и он почувствовал её.

И когда он чуть отклонился назад, легонько коснувшись её, Линна быстро прислонилась щекой к его плечу, так мягко, что он и не заметил, что у него украли прикосновение. Вдохнув его запах, она беззастенчиво потянулась к нему, будто цветок к солнцу, который давно рос в тени и наконец нашёл свет. От него пахло ветром, металлом и чем-то ещё, чему она не могла дать названия, — запахом чужого мира, запахом звёзд, к которым он однажды вернётся.