Книга Любовь, космос и цена свободы, страница 100 – Катерина Дэй

Она смотрела на него, и в её глазах смешивались изумление, восхищение и тихая боль. Слова, которые она хотела сказать, застревали в горле, слишком мало было слов, чтобы вместить всё, что она сейчас чувствовала. В мыслях у неё мелькнуло: «Космос, планеты, летающие корабли… Это звучит как сказка. Проще было бы поверить, что он бог, спустившийся с неба». Но она уже не хотела простоты.

Когда Алор закончил, Линна растерянно смотрела в пол, будто там, в узоре каменных плит, могла найти ответы на все вопросы, которые не решалась задать вслух.

Он обернулся к ней и тихо произнёс:

— Прости. Но я не мог сказать правду о себе. Вы не поверили бы мне. Ваши суеверия и вера в Богов Солнца и Луны не позволяют вам мыслить по-другому.

— Я… Мне проще поверить, что ты Морской Бог, — тихо произнесла Линна, и в её голосе слышалась не насмешка, а отчаянная попытка найти хоть какую-то опору в мире, который вдруг стал слишком сложным. — Это всё так сложно для меня… — она подняла на него глаза, и в них наконец мелькнуло что-то похожее на улыбку. — Я просто буду верить в тебя. Не в богов, не в легенды. А в тебя.

Алор чуть наклонил голову, и в его взгляде проступило то самое тепло, которое она привыкла чувствовать рядом с ним.

— Спасибо, — прошептал он и обернулся к вождю: — После того как ты и твой народ узнали правду, что ты намерен сделать с нами? — голос Алора прозвучал твёрдо, без дрожи, хотя внутри всё клокотало от напряжения. — Я готов принять любую кару и понести всё, что полагается. Но отпусти девушку домой. Её здесь быть не должно.

Вождь медленно приподнял тяжёлый взгляд, в котором плескалась древняя усталость и холодная сталь власти.

— Мы знаем, что это принцесса Линна Велдор из Пятого королевства, которую ты охраняешь, — пророкотал он, и каждое слово падало в тишину, как камень в тёмную воду. — У нас есть осведомители в каждом королевстве. Это помогает нам предотвращать угрозы, если они повернут в нашу сторону, на наши земли. Терранцы всё чаще видят нас… — и он с укором взглянул на молодняк, и те разом опустили головы, будто под тяжестью его неодобрения. — Жаждут повидать мир, их тянет на приключения… Словно не понимают, что каждое их движение может стать искрой, от которой вспыхнет война. Терранцы нас считают чудовищами и боятся.

— Отец, — раздался голос парня с короткой стрижкой с разными прядями волос, а в его голубых глазах горело не смирение, а упрямое пламя.

— Молчать! — грохнул вождь кулаком по подлокотнику, и от этого удара, казалось, вздрогнули даже каменные стены. Звук раскатился по залу, как первый раскат грозы перед бурей.

Линна судорожно сжала губы, пальцы её побелели, впиваясь в ткань штанов. Алор чуть дёрнулся вперёд, инстинкт защитника вспыхнул в нём, как клинок, выхваченный из ножен. Но он тут же обуздал этот порыв, заставил себя остаться неподвижным, бесстрастным настолько, насколько может быть бесстрастным воин, готовый в любую секунду сорваться в бой.

— Отпустите принцессу. Отправьте её обратно, — требовательно повторил Алор. — Удерживая её здесь, вы совершаете роковую ошибку.

Вождь чуть прищурил глаза, и в этой едва заметной складке между бровей мелькнуло что-то похожее на интерес — не к страху, а к смелости, которая не знает границ. Молодые самцы разом напряглись, вскинув головы, и уставились на Алора, будто впервые увидели в нём равного себе, того, кто не склонится, даже если небо обрушится на него.