Книга Невеста №0 для звёздного регента, страница 73 – Алекс Скай

— Инструментом.

— Для женщин, которым этим числом распоряжались жизнью, это называлось ложью.

Варн вывел медицинские протоколы. Уже первая строка — экспериментальная активация, нейронная нагрузка, отказ систем — заставила Веру стиснуть край стола.

— Что вы с ними делали?

— Пытались активировать неполный нулевой маркер.

— На живых людях?

— С их согласием на экспериментальную терапию.

— Они знали, что именно вы активируете?

Молчание. Этого хватило.

— Нет.

— Они знали о риске.

— Но не знали цели.

— Госпожа Арден…

— Не называйте меня так, будто это официальный разговор.

Голос Веры прозвучал тише, чем она ожидала, и именно поэтому Варн остановился. Она листала записи.

Первая умерла через семь часов после процедуры. Вторая — через трое суток. После третьей протокол изменили. После четвёртой снова.

Пятая пережила две процедуры. Шестая поняла достаточно, чтобы оставить сообщение.

«Если появится нулевая, всё закончится». Теперь смысл был чудовищно ясен.

— Элина знала.

— В конце — да.

— Она собиралась рассказать Кайрену.

— Вероятно.

— Поэтому вы её убили.

— Нет.

Варн увеличил протокол. Смерть наступила через восемь часов после активации. Никакого отдельного убийства.

— А авария шаттла Аделин? — спросила Вера. — Разгерметизация, транспортные катастрофы, взрыв станции у Элины? Вы хотите сказать, всё это произошло после процедур?

— Публичные причины смерти были прикрытием, — сказал Варн, выдержав её взгляд.

— Аделин уже была мертва, когда разбился её шаттл? — Вера с трудом заставила себя произнести вопрос вслух.

— Да. Автоматический аппарат вывели на маршрут с её идентификатором и уничтожили после старта. У других участниц использовали обстоятельства, которые можно было сделать правдоподобными: медицинское осложнение, транспортный инцидент, повреждение жилого модуля. После смерти Элины изолированный лабораторный сектор станции уничтожили вместе с локальными журналами. Персонал к тому времени вывели.

— Поэтому шесть расследований не нашли общей причины.

— Именно.

Теперь различие между экспериментом и убийством казалось Вере ещё более лицемерным. Процедуры убивали женщин, а затем люди Варна создавали для каждой отдельную официальную смерть, чтобы никто не смог сложить шесть случаев в одну программу.

Цифры вызывали почти больше отвращения, чем запись казни. Варну не требовался убийца; он построил процедуру, в которой человеческая смерть считалась допустимым исходом.

— Вы продолжили после первой смерти. Потом после второй. И после шестой тоже собирались продолжать?

— Пока не получили полноценный профиль.

— То есть пока не нашли меня.

— Да.

Вера закрыла медицинские данные, потому что ещё одна таблица уже ничего не могла добавить к смыслу.

Вера закрыла данные.

— И вы хотите, чтобы я поверила вашим рассуждениям о спасении человечества.

— Нет. Я хочу, чтобы вы понимали задачу прежде, чем решите, что существует простой морально чистый выход.

— Вы лишили шесть женщин возможности понимать задачу.

— Да.

Снова никакого оправдания. Это бесило почти сильнее.

— Почему Кайрен ничего не знал?

— Потому что он закрыл бы программу.

— Значит, хоть в чём-то мы согласны.

— Кайрен Роу хороший человек для войны, — сказал Варн. — И опасный человек для системной политики. Он способен пожертвовать собственной властью ради одного принципа.