Книга Невеста №0 для звёздного регента, страница 15 – Алекс Скай

— Вы за последние полчаса успели поднять резервную копию двадцатисемилетней давности?

— Когда в приглашённого мной специалиста стреляют внутри правительственного сектора, некоторые запросы начинают исполняться быстрее.

— И что в копии?

Кайрен вывел следующий документ. Запись об эвакуации. Номер транспортного модуля. Список пассажиров.

Вера увидела фамилию Арден почти сразу. Рядом с ней стояла пометка о ребёнке.

Два года. Погибла во время разгерметизации транспортного отсека.

Комната будто стала тише, хотя и прежде в ней почти не было звуков.

— Это не я.

— Возможно.

— Не «возможно». Я здесь.

— Физически — да.

— Вы умеете удивительно раздражающе формулировать очевидные вещи.

— Сейчас я стараюсь быть точным.

Она заставила себя снова посмотреть на документ.

— Биометрия?

— У погибшего ребёнка сохранился фрагмент медицинского профиля.

— Сравнили?

Кайрен не ответил сразу. Этой задержки хватило.

— Показывайте.

Он открыл результат. Совпадение генетических маркеров было почти полным.

Не сто процентов, но достаточно, чтобы любой обычный идентификационный алгоритм признал записи одной личностью. Во рту у Веры пересохло.

— Насколько «почти»?

— Девяносто девять целых восемьдесят семь сотых.

Вера медленно выдохнула.

— Такое бывает у близких родственников, у однояйцевых близнецов и у человека при сравнении с собственным архивным образцом.

— Именно.

— Тогда покажите, почему вы исключили последний вариант.

Она внимательно изучила его лицо.

— Тогда почему вы решили, что архивная запись принадлежит другому ребёнку?

— Потому что у погибшей есть медицинские маркеры, которых нет у вас, а у вас — маркеры, отсутствовавшие в её профиле.

— Мутации или ошибка старого оборудования?

— В таком количестве мутации маловероятны. Сайра проверяет оборудование и возможность подмены данных.

Вера отошла к окну. Огни на тёмной стороне планеты были проще любой версии, которую ей сейчас предлагали, и потому пару секунд она смотрела только на них.

Вера подошла к окну и заставила себя смотреть на огни внизу, а не на документ.

В памяти не было разгерметизации. В два года вообще мало что остаётся. Первые чёткие воспоминания начинались гораздо позже: маленькая квартира на Земле, мать у кухонного стола, старый зелёный чайник, который свистел так громко, что соседи стучали по стене.

Она всегда знала, что они пережили эвакуацию. Мать рассказывала об этом скупо. Говорила, что документы потерялись, что несколько месяцев они жили во временном центре, что потом начали заново. Это никогда не казалось тайной.

Теперь каждое пропущенное место в рассказе вдруг получило форму.

— Вы сказали, что официальный ребёнок умер, — произнесла Вера. — А мой нынешний профиль появился когда?

— Через шесть месяцев после эвакуации.

Она обернулась.

— Где?

— На Земле.

— Кто зарегистрировал?

— Ваша мать.

— Тогда я хочу поговорить с ней.

— Канал подготовят.

— Сейчас.

Кайрен не стал спорить.

* * *

Связь с Землёй шла с задержкой чуть меньше секунды, но сегодня даже эта секунда раздражала. Мать ответила не сразу.

На экране появилось знакомое лицо, чуть уставшее, волосы собраны на затылке, за плечом — та же светлая кухня, которую Вера видела во время последнего разговора три недели назад.

— Верочка? — Женщина улыбнулась, но улыбка исчезла, едва она увидела выражение дочери. — Что случилось?