Книга Ретроградный Меркурий для попаданки, страница 76 – Олеся Герус

— Тогда зачем соглашаться? — спросила я, чувствуя странное облегчение от его прямоты.

— Потому что я видел вас на площади годовщины переворота, — сказал он просто. — Видел женщину, готовую сказать правду ценой собственной безопасности. Такие качества редко встречаются при дворе, готовом на любую ложь ради спокойствия. Я не питаю иллюзий, что вы влюбитесь в меня с первого взгляда, Ада. Но я верю, что из уважения может вырасти нечто настоящее, если дать этому время.

Я не нашлась с ответом, чувствуя себя одновременно тронутой его честностью и раздавленной невозможностью объяснить, что моё сердце давно и безвозвратно принадлежит другому.

— Единственное, о чём прошу, — добавил лорд Мейс, и в голосе его впервые прозвучала твёрдость, за которой угадывался характер, поднявший его до командования целым флотом, — дайте нашему браку настоящий шанс. Я не намерен делить вас с призраком капитана Крома. Если мы поженимся, я буду вам верным и достойным мужем — и ожидаю того же в ответ.

Слова эти прозвучали не угрозой, а честным условием сделки, и я, глядя в его открытое, серьёзное лицо, поняла: винить его не за что. Он оказался пойман в ту же самую ловушку политической целесообразности, что и я сама, — просто с другой стороны доски, где ему досталась роль не жертвы, а честного, достойного человека, пытающегося построить что-то настоящее.

— Я постараюсь, — сказала я тихо.

Дома меня ждали Гром и Пискля, оба с одинаково встревоженными лицами — насколько вообще возможно встревоженное выражение у существа с клювом.

— Слышал новости, — мрачно сказал Гром, едва я переступила порог. — Весь дворец гудит. Капитана Крома переводят на границу через три дня.

— А меня выдают замуж через месяц, — добавила я, падая на стул с ощущением полного опустошения. — Плодотворный день, ничего не скажешь.

Пискля, обычно не упускавший случая для язвительного комментария, на этот раз молчал, лишь мрачно перебирая перья на груди — верный знак того, что ситуация выходила за рамки его привычного репертуара шуток.

— Лорд Мейс, — произнёс он наконец. — Слышал о нём. Порядочный человек, насколько вообще бывают порядочными люди при дворе. Не самый худший вариант из возможных.

— Утешительно, — буркнула я. — "Не самый худший вариант" — именно то, что хочет услышать невеста накануне вынужденной помолвки.

— Могло быть хуже, — философски заметил Гром. — Тебе могли найти в мужья того престарелого лорда с тремя жёнами, что скоропостижно скончались при загадочных обстоятельствах.

— Действительно утешительно, — сказала я с горькой иронией. — Спасибо, что напомнил о существовании варианта похуже.

— Дариан знает? — тихо спросил Пискля.

— Не знаю, — призналась я. — Наверное, уже знает. Дворцовые новости распространяются быстрее лесного пожара.

Мы помолчали, каждый погружённый в собственные невесёлые мысли, пока Гром не поднялся, разминая плечи с решимостью человека, привыкшего искать выход даже из самых безнадёжных ситуаций.

— Что бы ни случилось дальше, — сказал он твёрдо, — мы рядом. Оба. Что бы ты ни решила.

— Спасибо, — выдохнула я, чувствуя, как к глазам подступают слёзы благодарности впервые за этот тяжёлый день. — Хотя я, признаться, понятия не имею, что вообще можно решить в такой ситуации.

— Тогда для начала, — деловито предложил Пискля, — предлагаю ужин. Трагедии переносятся легче на полный желудок, проверено веками вороньей мудрости.