Книга Приватный танец для эльфийки, страница 17 – Юлия Ветрова

Костер почувствовал, как боль в спине напомнила о наказаниях в Башне Инквизиции. «Опять эти проклятые барабаны, — мелькнуло в голове. — Как тогда, когда они заставляли меня показывать „фокусы“ для их развлечения». Он поймал взгляд Сейны и на долю секунды потерял концентрацию. В её глазах читалось что‑то странное — не насмешка, а, кажется, понимание. Это застало его врасплох.

Он ускорил темп танца, будто пытаясь заглушить внутренний голос: «Она видит тебя настоящего. И теперь знает твою слабость». Пот стекал по лицу, смешиваясь с сурьмой, и капли падали, как слёзы, которые он не прольёт.

Барабаны замедлили ритм. Сейна заметила, как Лин спускается по лестнице. Хотя Лин и была вне поля зрения большинства, Сейна всё равно увидела её и подошла ближе, когда флейта издала последнюю трель.

Костер, казалось, сжался в комок. Сейна знала: в этот момент танца актёр, играющий магистра, должен был появиться, чтобы подхватить девушку и увлечь её в свои объятия. Сейна невольно улыбнулась, когда Костер, похоже, понял, что подхватить его некому, — и превратил движение в изящный поклон.

В этот момент их взгляды снова пересеклись. Сейна увидела, как в его глазах на мгновение мелькнула уязвимость — не высокомерие, а усталость и боль. Она сделала шаг вперёд, будто собираясь что‑то сказать, но тут же остановилась и отвернулась. «Не поддавайся, — приказала она себе. — Это просто танец. Просто ещё одно унижение».

Но договорить мысль она не успела: в этот миг появилась зеленокожая амазонка с большими клыками и ещё большими бицепсами. Едва не сбив Костера с ног, она потащила его к спуску со сцены. Её сёстры‑воительницы залаяли, как собаки, и застучали кружками по столам, за которыми сидели. Зал взорвался хохотом и аплодисментами, а Сейна вдруг осознала: этот безумный вечер только начинается.

Изабелла, стоявшая неподалёку, заметила их обмен взглядами и едва заметно улыбнулась. «Интересно, — подумала она, — сколько ещё им потребуется времени, чтобы понять, что они не так уж и отличаются?»

Сейна была эльфийкой. И это уже означало, что её жизнь началась с проигрыша — словно судьба поставила чёрную метку на её лбу при рождении.

На самом деле это уже достаточно печальный факт для твоей биографии, если ты рождаешься в Сумеречных Королевствах. Здесь эльфы — либо бессловесные тени в каморках при господских домах, либо призраки в глухих лесах.

Маги любили ныть и стонать о том, как их не понимают и держат взаперти в их башнях, но забывали упомянуть о том, что и Тарага, и Оковы Бури, и Эстер вполне лояльно относились к их способностям. Не говоря уж о том, что тёплая кровать в башне магии была далеко не приговором.

Сейна видела их покои: тёплые камины, полки с редкими фолиантами, кубки с выдержанным вином. Запах дорогого вина, доносившийся из покоев магов, вызывал у неё приступ тошноты — он напоминал о пирах, во время которых хозяин решал её судьбу. Она сжала кулаки, отгоняя воспоминание: звон бокалов, смех за спиной, холодный взгляд хозяина, скользящий по её спине.

А её постель была на каменном полу, и сон прерывался по первому звонку господина — стоило ему щёлкнуть пальцами, и она должна была явиться, одетая или нет. Звук щёлкающих пальцев до сих пор заставлял её на мгновение застыть, прежде чем она брала себя в руки. «Не сейчас, — мысленно одёргивала она себя. — Ты больше не там».