Книга Истинная вина жестокого ректора-Дракона, страница 119 – Властелина Богатова

Стоит произнести это вслух, и всё изменится окончательно. Кем тогда меня будут считать — ректорской подстилкой, игрушкой?

— Потому что не всё из того, что случилось вчера, я могу рассказать.

Рианна долго смотрит на меня.

— А с чего он вдруг вмешался? — фыркает Ванесса.

— Да ладно вам, — выступает вперёд Кассандра. — Понятно же, что ты трахаешся с ректором, и об этом не должен никто знать. Потому что у Рэммела Морстейна есть официальная невеста. Вот и молчишь.

Пространство будто взрывается вдребезги и осколками рассыпается в стороны, задевая меня острыми краями. По телу проносится горячая волна гнева.

Я сжимаю кулаки.

Рианна шевелиться первой, поворачивается к Ванессе.

— Кем она приходится Морстейну — не наше дело.

— Правда? — Ванесса криво усмехается. — Когда из-за неё отстраняют преподавателей и отчисляют курсантов, это уже становится нашим делом.

— Наше дело — если нас это касается, — холодно отвечает Рианна. — Если нарушают правила. Если угрожают курсанткам. Если кто-то использует власть против нас. Но с кем Франческа спит или не спит — это не твоё дело.

Кто-то у шкафа неловко отвёл взгляд. Кто-то, наоборот, посмотрел на меня внимательнее.

— Дориан обнаглел, — добавляет Рианна, — он сам нарывался, у него был шанс отстать от Франчески.

— А Стрейн тоже нарывался? Он даже публично извинялся перед Франческой. И всё равно его сняли.

Рианна замолкает, когда Ванесса задевает за живое.

Ванесса открывает рот, но её перебивает Кассандра.

— Ванесса, подожди, — прерывает её Кассандра.

Лицо у неё уже не насмешливое. Сосредоточенное.

— Мы сейчас не о том спорим. Мне вот что интересно, — прищуривает взгляд. — Она же не полноценный дракон. У неё не должно быть такого резерва.

Дыхание застывает в груди.

— У неё есть накопитель, — говорит она. — Точно есть. Поэтому вокруг неё и происходят все эти срывы. Она таскает при себе чужую силу и делает вид, что это её магия.

— У меня нет накопителя, — произношу я, упираясь в неё взглядом.

— Тогда откуда щиты? — Кассандра задаёт вопрос, которого я и боялась.

— Я не знаю, — отвечаю и морщусь, потому что говорю истинную правду.

Ванесса смеётся.

— Конечно.

Я резко поворачиваюсь к ней.

— Я же сказала, у меня нет сильного накопителя.

— А я сказала: тебе никто не верит, — бросает Ванесса. — Потому что такие щиты сами не появляются. Особенно у таких, как ты.

Слова ударяют как выстрел из ранжета.

Рианна переводит взгляд с Ванессы на меня.

— Если бы у неё был накопитель, она бы не погрузилась в сон, — замечает Рианна.

— А что если она врёт? Врёт, что впала в магическую кому.

Снова молчание.

— Придумала всё заранее. И строит из себя святую.

— Ты можешь считать меня кем угодно. Но это правда.

Я делаю шаг ближе, перестаю отступать.

— Ты сейчас обвиняешь меня в том, что я сознательно довела себя до анабиозного сна, подставила преподавателя, выставила Дориана виноватым, придумала срыв, спрятала накопитель и заранее рассчитала, что Морстейн вмешается, так я понимаю?

Я выдерживаю паузу.

Напряжение давит, заставляет отступить, но я стою на месте.

— Если у Франчески был накопитель, это проверяется, — нарушает тревожное ожидание Рианна. — Если был срыв — это тоже проверяется. Если Стрейн нарушил протокол, это выяснит Морстейн.

Ванесса поджимает губы.