Книга Пари на императора драконов, страница 222 – Мария Лунёва

Холодная... ладонь той женщины с лицом Сабрины Ордо была ледяная, словно жизнь уже покинула ее.

Я повернулась на другой бок. Единственный способ во всем разобраться — напрямую спросить у мамы. Но я не представляла, как вообще смогу открыть рот. Это же такой бред. Моей мамой всегда, сколько я себя помнила, была фера Грета из белых волков. Дядя — Руньярд. Бабушка — Амма.

А папа — Вегарт Вагни, с которым они встретились случайно еще до того, как война пришла на север, но вынуждены были разлучиться.

Так, может, мама, родив, попросила другую назвать себя моей матерью, чтобы её отец не приказал меня убить? Но... Это не объясняло, почему моя магия так отличается от магии сестер. Да даже в мелочах: я легко управлялась с растениями. В то же время моих сил хватало, чтобы уничтожить тот же куст, обратив его в прах. Девочки же больше ладили с животными, подчиняя их. Они могли оживить мелких насекомых и даже грызунов и натравить их... на тех, кто не выполнял их прихоти. И за это папа не раз грозил им хворостиной по попе. Особенно от их проказ страдали кухарки, когда вместо сладкого завтрака подавались запеканки.

Но я была иной.

Да и почему же та незнакомка была так похожа на Сабрину...

Вопросы только копились.

Дверь на террасу скрипнула, и матрас за моей спиной прогнулся. Горячая ладонь легла на плечо.

— Я чувствую твои переживания, Юниль. Что не так, расскажи мне.

— Разве у тебя не совещание?

— Советникам пришлось ускориться с докладами, — Льюис издал тихий смешок. — Так что не так?

— Уснуть не могу, — отделалась полуправдой. — С мамой все хорошо?

— Конечно, — нежно склонившись, он коснулся губами моего плеча. Его рука прошлась по моей, и ладонь накрыла браслет на запястье. — Как долго ты будешь носить платья с длинным рукавом, Юниль?

— Пока вы с отцом не разберетесь.

— А если он не смирится?

— Без «если», Льюис. Вы уладите все конфликты, что между вами. И по-иному никак.

Он не желает даже разговаривать. Заладил, что как только Грета начнет ходить, он снарядит большую дорожную карету, и вы вернетесь домой. Все вернетесь, Юниль. Вегарт Вагни и слушать не желает о том, чтобы ты осталась здесь.

— У папы должны быть для этого веские причины, — стояла я на своем. — Ты же хитрый, вот и сделай так, чтобы ему пришлось раскрыть все карты.

Он снова усмехнулся и лег рядом, прижимая меня спиной к своей груди.

— Обыграть наставника. Что же, мне ничего другого не остается. Я очень зол на него из-за предательства. Но не могу закрывать глаза на то, что он твой отец, и нам придется искать общий язык. Придется!

Его губы коснулись моих волос. Легкие поцелуи. Тьма заклубилась вокруг, будто накрывая нас одеялом.

Теплым и таким убаюкивающим.

— Спокойной ночи, Юниль, — последнее, что я услышала, прежде чем мое сознание погрузилось в вязкую пучину небытия.

Льюис прижимался ко мне и что-то нашептывал, но слова я уже разобрать не могла.

Льюис Темный

Юниль заснула. Чуть отстранившись, я всмотрелся в её лицо. Ведьмочку что-то терзало, но мне она открыться не пожелала. Это немного обидело.

Поднявшись, я бережно укрыл её и оставил поцелуй на её виске.

Развернувшись, направился в свою комнату, но стоило войти, как злость накрыла с головой.

— Что ты делал у моей дочери, Льюис? — Вегарт сидел в кресле, сложив ногу на ногу.