Онлайн книга «Пари на императора драконов»
|
Нет. Я ведьма, и страдать по мужчине — ниже моего достоинства. С этой замечательной мыслью закрыла глаза. Мысли крутились вокруг тех картин, собранных из галерей. Чем же Льюис занимался все эти годы, если у него времени не хватило вынести весь этот ужас за стены? Там же на одно достойное полотно — десятки срама. В моей голове медленно выстраивался план: собрать всех художников и переговорить с ними, закрепить за каждым ту или иную галерею или зал, оговорить тематику... Сознание, занятое планированием, медленно угасало. Вязкий сон укутывал, мысли звучали всё тише... ...Я шла по лестнице вверх, неуклюже забираясь на высокие ступени. Вокруг ходили люди. В основном мужчины, но они не обращали на меня никакого внимания. Хотя... я смутно понимала, что мне нельзя туда, время спать. Но я сбежала. Куда? Не помнила... Каменные серые стены, грязные полы. Голоса грубые, злые. Слова... Волнение... Всё это проходило мимо. Мне нужно было подняться выше, на этаж. Очень нужно было. И я шла... наблюдая за собой, словно в теле нас двое. Ещё ступенька, и ещё. Ноги болели, но я упёрто карабкалась вверх... Крик. Женский... Я вздрогнула всем телом и заторопилась. Я знала этот голос, он болью отдавался в груди. Сердце забилось чаще. И ещё один мучительный стон, полный отчаяния и боли. Забравшись по ступеням, я побежала, но передо мной появилась тяжёлая дверь. Я толкала её в слепом желании добраться до той, кто кричал, потому что ей больно... А я... я должна быть рядом. Должна. Мои руки вспотели, но дверь не поддавалась. Я слишком маленькая... Шаги за спиной. Громкие. Уверенные. Сообразив, что меня прогонят, я подбежала к тяжёлой шторе и спряталась за неё. Снова стон. Громкий, наполненный дрожью. Поджав губы, я пыталась не расплакаться. ...Штора внезапно сдвинулась, и, вскинув голову, я уставилась на маму... Вернее... — Фера Грета... — шепнула... и услышала, как будто извне, собственный голос: — Мама сильно кричит. Ей больно? Не понимая, как такое может быть, повернула голову в сторону двери... Мама... Грудь обожгло чёрным пламенем. Мама... — Кто привёл тебя? — память подсовывала мне обрывки некогда услышанных фраз... Но я не слушала. Мне нужно было туда... Тьма подо мной заклубилась, убирая все препятствия — дверь, стены... Я бежала со всех ног... перед глазами мелькнуло злое лицо старухи-лекарки. — Нечего вам здесь делать. Выметайтесь, — закричала она, замахиваясь мокрой тряпкой. И в этот момент я увидела её. Она лежала на постели среди грязных, кровавых тряпок, что некогда были простынями. Бледная, измученная. Казалось, только глаза и выдают, что она всё ещё жива. А лицо... Сабрина... Так похожа... Но нет. — Мама... — я задрожала. — Юниль, — обернувшись, уставилась на феру Грету. Как так? Вокруг клубилась тьма, размывая очертания комнаты. Я различала лишь кровать и часть окна. Слова... Кто-то что-то говорил, но всё это пролетало мимо моего сознания. Я видела лишь маму... Она была обречена... Я отчётливо это понимала. В её взгляде было столько страха, губы шевелились... Но я не понимала ни слова... Мой взгляд неотрывно следил за ней, и вдруг в голове возник шёпот... тихий, но такой родной: «...Забудешь меня... забудешь всех, кого любила. Всех забудешь. Проклинаю тебя, доченька. Забудешь, Юниль... И меня, и себя... Всё, что было... Ты будешь осторожна, Юниль...» |