Книга Без права на побег, страница 212 – Елена Леонтович

Август заметно повеселел и, как всегда, попытался разрядить атмосферу:

— Да ладно вам! Лита, твои родители живут всего в трёх-четырёх часах езды от Зальцбурга! Неужели думаешь, мы не заявимся к вам в гости на каникулы?

— Конечно, заявишься, — усмехнулся Северус. — И, подозреваю, первым делом примешься уничтожать стряпню Тисли.

Лита рассмеялась. Всё вокруг дышало другой жизнью: простор, утренний свет, аромат свежего кофе и величественный замок над городом. Мрачная Англия, интриги Дамблдора и тревожные тени прошлого остались позади. Впереди была Европа, солнце и новые надежды.

После завтрака друзья тепло распрощались, и Северус с Литой продолжили путь — теперь уже вдвоём, к родителям в Бад-Радкерсбург.

Ехать предстояло почти через всю Австрию, что для Северуса казалось настоящим испытанием. Лита же лишь посмеивалась, уверяя, что в её прошлой жизни подобное расстояние — сущие пустяки.

— В России, — хихикнула она, — если едешь меньше чем на пятьсот километров, считается, что ты вообще никуда не уезжал.

От Кале до Халкиды было всего-то около трёх тысяч километров, и половину пути они осилили за два дня. На второй день путешествия Лита, наконец, почувствовала ту самую долгожданную свободу, которой ей так не хватало в Британии. Дороги тянулись среди зелёных долин, горы вставали на горизонте величественными силуэтами, в воздухе пахло травами и нагретым солнцем камнем. Был конец августа, но стояло настоящее лето.

Она подумала, что если не задерживаться у Гриммов — Эвансов, то можно успеть на кусочек туристического сезона у Средиземного моря. Эта мысль нравилась ей куда больше, чем перспектива долгих бесед с матерью. Впрочем, с Петуньей она бы встретилась с удовольствием, и отца повидать тоже было бы приятно.

К курорту Бад-Радкерсбург они подъехали к полудню. Городок оказался крошечным, чистым и уютным, словно игрушечным. Нужный адрес — улица Ам-Курпарк, 5 — они нашли без труда. Коттедж с поэтичным названием «Хаус цум Гольденен Апфель» (Haus zum Goldenen Apfel, «Дом у Золотого Яблока») стоял в тихом переулке.

Лита невольно улыбнулась: европейцы и правда любили давать имена своим домам — милый, но непривычный обычай. В России никому бы и в голову не пришло называть свой коттедж. Хотя надо признать, в этом было что-то сказочное. Девушка даже вспомнила канонный дом Уизли — «Ракушку» — и невольно подумала, будет ли и в этой реальности нечто подобное?

Коттедж оказался уютным двухэтажным домом тёплого песочного оттенка, с мансардой под черепичной крышей и ставнями на окнах. Перед домом — ухоженный сад с цветами и травами, а за ним — более приватный уголок, где среди грядок Северус заметил несколько явно магических растений. Через дорогу виднелась парковая зона, и Лита поняла, почему отец выбрал это место: от клиники до дома было всего несколько минут ходьбы.

Северус припарковал машину, и Лита вышла, с любопытством оглядывая дом. Поднявшись на невысокое крыльцо, она постучала бронзовым молоточком в форме яблока в тяжёлую дубовую дверь, украшенную едва заметной магической резьбой.

Дверь распахнулась — и на пороге, сияя, появилась Петунья.

— Лили! — завизжала она, бросаясь сестре на шею.

Гостили у семейства Гримм-Эвансов они всего одну декаду — на большее Литу попросту не хватило. Нет, маман, ныне фрау Гримм, бо́льшую часть времени пребывала в благодушном расположении духа, словно и не помнила, сколько когда-то пролила яду в адрес дочери. Однако к Северусу относилась с тем ледяным пренебрежением, которое для сквиба и вовсе являлось нонсенсом.