Книга Последний шанс Гесса, страница 86 – Нани Кроноцкая

Ошибка первая: не проверил отсек на биоактивность должным образом.

Ошибка вторая: просмотрел смертоносную кладку.

Ошибка третья: позволил ей идти впереди.

Ошибка четвёртая: не добил шерва с первого выстрела.

И пятая. Самая роковая.

Она лежит перед ним, борется за жизнь. Дышит с трудом. И он не имел никакого права подвергать её такой опасности.

С трудом оторвав взгляд от её беззащитного тела, он отступил от оволятора и начал мерить шагами кабинет, чувствуя, как его босые ступни неприятно прилипают к холодному стеклянному полу.

В его жизни никогда не было места настоящей любви — так он убеждал себя до встречи с этой хрупкой, но несгибаемой девушкой, которая теперь балансировала на грани жизни и смерти под куполом оволятора. И вот теперь эти слова эхом отдавались в его сознании.

Девять браков за спиной. И ни одного — по искренней любви. Восемь раз он заключал союзы — расчётливые, социальные, экономические и политические партнёрства. Так веками было заведено на Глизе. Так диктовала необходимость.

А потом появилась Нэрис. Первая лиглянка в его жизни. Первое настоящее чувство. Девятая жена. Горькая насмешка судьбы. Жестокая ирония.

Нэрис Оранг. Это имя до сих пор оставляло горький привкус на его губах, словно крепкий байранский ликёр, обжигающий изнутри. Жена его лучшего друга — Макара Аверина, того самого гениального стратега, который сейчас, вероятно, сидел в своём кабинете на 78-м этаже штаб-квартиры Внешней разведки Империи Деус, лично контролируя их операцию. Или находился на борту своего личного фрегата. Гесс яростно сжал кулаки, чувствуя, как нанопластыри натянулись на заживающих ранах, словно вторая кожа.

Полигамный брак — чистая формальность. Без права на искренние чувства — ещё один партнёрский союз, прописанный в их легенде, утверждённой лично Авериным. Гесс с горечью вспоминал тот момент, когда Макар, положив руку ему на плечо, произнёс: «Для защиты её все средства хороши, верно? Даже твой брак с моей женой. Я тебе доверяю». Крепкая мужская дружба? Возможно. Но их с Макаром братство, закалённое в огне совместных операций, теперь было омрачено этим сложным треугольником отношений и трещало по всем швам.

Тогда Нэрис сделала свой выбор. Просто взяла руку Макара в свои ладони — и всё стало ясно. Решение было окончательным.

И, чёрт возьми, это сработало. В этом странном, вынужденном союзе он неожиданно обрёл то, о чём даже не смел мечтать — настоящую семью. Его островная резиденция превратилась в надёжное убежище для Нэрис и их детей. Все эти годы он наблюдал, как растут эти двое малышей — упрямый мальчик с ямочками на щеках, и серьёзная девочка с пронзительным взглядом отца. Он был тем, кто читал им сказки на ночь, когда Макар пропадал в бесконечных командировках… Они носили теперь его фамилию. По документам дети Макара и Нэрис были также и его наследниками. Его дом наполнился детским смехом и радостью. Он стал для них настоящим отцом. Этого должно было быть достаточно. Более чем достаточно для солдата, живущего под прикрытием.

Но Вселенная, эта вечная насмешница, явно готовила ему новый удар ниже пояса, более болезненный, чем все предыдущие.

Любовь к жене друга пришла вопреки всем его принципам. Подло, исподтишка. Без разрешения, без спроса. Как диверсант, тайно проникший в самое сердце его укреплённой обороны. Жестокая — потому что каждое её «дорогой» резало по живому, когда в глубине души хотелось слышать «любимый». Неудобная — ведь он замечал, как она невольно отводит глаза, когда их руки случайно соприкасаются. Саморазрушительная — потому что с каждым днём это чувство становилось всё невыносимее, всё мучительнее.