Книга Последний шанс Гесса, страница 108 – Нани Кроноцкая

— Но что мешало начать с них раньше? В прошлые игры? Зачем было тащиться по мёртвому континенту? — Но острова… — попыталась я возразить, мысленно представляя себе изоляцию на крошечном клочке суши. — Это же дробление кадра, картинки. — Именно, — усмехнулся Гесс. В его глазах вспыхнул знакомый азарт. — Смотри: на континенте каждая группа могла закрепиться, создать базу. Контролировать территорию. Это снижает динамику, убивает мелкие конфликты, которые так обожают трибуны. Острова же… — он широким жестом обвёл южную часть макета за стеклом, — это десятки микромиров. Мини-арены. Столкновения при переправах. Борьба за клочок пресной воды. Идеальный бульон для кипения супа. Выжившие лидеры прошлого тура станут ядрами мини-войн. Зрители увидят стратегии, альянсы, предательства… на микроуровне. Этот сюжет продаётся дороже. Логика Гесса безжалостна и убедительна.

— Скажи, Есс, — спросил он вдруг, не глядя на меня, — все пары высаживаются одновременно? Или порционно? Гесс задумался. Его взгляд скользнул по знакомому очертанию западного берега материка — длинной, почти идеально прямой линии пляжа, хорошо видимой даже в миниатюре. Он снова коснулся панели, увеличивая масштаб берега.

— Одновременно, — ответила уверенно. — Все капсулы — бах! — и ты на берегу. Здесь. — Мой палец упёрся в стекло купола над голографическим песком протяжённого пляжа. — Широкий фронт. Километры ровного берега. Просто. Эффективно.

— Вот и ответ. Найди мне здесь, — он резко перевёл увеличение на архипелаг, где берега островов изрезаны бухтами, утёсами, рифами, — место для массового десанта? Такой ровной полосы? Нет. Высаживать, как на континенте — невозможно. Капсулы разобьёт, утянет течением. Гесс кивнул, и на его губах появилась хитрая усмешка.

— Ну да, — иронично протянула я. — А теперь что изменилось? Нас сбросят как мячики? Или выдадут по личному катеру? С мини-баром? Я замерла. Всё просто и гениально. Удобство старта против островного ада.

— Думаю, да. Нам дадут по спасательному плоту. Типовому. Гражданскому, древнему. Без движка, без сенсоров. Вёсла, НЗ, маячок — чтобы приманить местных хищников. И лазерный резак. Который станет первым оружием. Гесс рассмеялся, коротко и глухо.

— Нет. Чистая логика и знание правил системы. На что спорим? Я посмотрела на него с преувеличенно-ироничным благоговением. — Да ты провидец, Гесс! Откровение! Он повернулся ко мне полностью. В его глазах ярко плескался тот самый азарт.

— Согласен. А если выиграю я… — и он сделал шаг ближе. Пространство сжалось. Голос звучал теперь тише, почти шепот. — То ты меня поцелуешь. Сама. Без моих… «убедительных аргументов». Сердце ёкнуло. Вот он. Подвох. — Ммм… — загадочно закатила глаза. — Если я выиграю… то ты выучишь главный гимн нашего монастыря и споёшь его. Громко. В центральной столовой. Гесс замер. Картина была настолько абсурдна, что углы его губ предательски дрогнули. Он явным трудом сдержал смех.

Тишина стала оглушительной. Жар хлынул на щёки, затопив лицо, шею, уши. Этот взгляд… Он видел моё смущение, мой пылающий румянец, и в его глазах не было насмешки, только… ожидание? И что-то ещё, тёплое и неуловимое. Я открыла рот, чтобы выпалить что-то колкое, защитное, но смогла лишь сглотнуть и отвести глаза, чувствуя, как бешено колотится сердце под гладкой, новой кожей. Моё молчание и пылающее лицо были красноречивее любых слов.