Книга Удмуртские мифы. От Инмара и Матери солнца до свадьбы леших и половинчатого человека, страница 35 – Мария Сухова

Если дом вуму́рта помещается в воде или под водой, то дом нюлэсму́рта расположен где-то в лесу. Сам лес и есть его дом, выражаясь образно – владение, дворец. Он владеет всей лесной живностью в том смысле слова, что определяет каждому место для жизни и волен убивать или оживлять умерших зверей. Например, он может отказать медведю в зимней берлоге, перегнать лесное зверье в тот лес, где люди приносят ему хорошие жертвы и относятся уважительно. У хозяина леса имеется даже своя «свита». Как пишут корреспонденты XIX века, в его свите состоят палэсму́рт и искалпыдому́рт, которые исполняют его приказания, однако последний по характеру много суровее и страшнее первого.

Вотячка.

Finnish Heritage Agency

Взаимоотношения с человеком строятся у духов леса и воды по-разному. Очевидно, что наибольшую угрозу здоровью, безопасности, жизни человека представляют духи из группы людоедов: мунчому́рт, палэсму́рт, кузьпинёму́рт, искалпыдому́рт. Палэсму́рт может защекотать или задушить до смерти, кузьпинёму́рт и искалпыдому́рт обычно едят приготовленное человеческое мясо. Последний при этом «откармливает своего пленника, жарит его в печи живьем и съедает так, что и костей не оставляет» [Верещагин, 2000: 215]. Впрочем, сюжеты, связанные с приготовлением и поеданием пленников, отправляют нас к отдельной теме – половозрастных инициаций. И если рассмотреть угрозу поедания пленника потусторонним духом в ракурсе этого культурного явления, то такое поедание не просто полезно, а необходимо человеку (см. главу 4).

Н. Г. Первухин замечал, что «нюлэсмурта так же, как и вумурта, нельзя причислить к совершенно злым богам. <…> При многочисленности лесов в Глазовском уезде было бы неестественно, если бы люди редко сталкивались с Нюлэсмуртом, и действительно! по всем сторонам уезда нам приходилось слыхать рассказы об утащенных лешим лицах, а голоса лешего в лесу едва ли не слыхал хоть один вотяк в Глазовском уезде, начиная от маленьких мальчиков и девочек» [Первухин, 1888–1: 77].

Нюлэсму́рт и вуму́рт амбивалентны по отношению к человеку. С уверенностью можно говорить, что в этих существах, особенно в случае с хозяином леса, позитивный момент выражен наиболее отчетливо, чем негативный. Однако начнем с последнего. Лесной человек, как и водяной, испытывает человека, может чинить ему всяческие препятствия и даже пытаться убить, например изрубить топором, пока тот спит. Однако такое препятствие не самоценно, оно имеет далекоидущую цель и смысл: в процессе преодоления препятствия человек учится преодолевать страх, приобретает трудовые навыки или доказывает свое превосходство над духом, получает желаемое богатство или заслуженное наказание. По поверьям, нюлэсму́рт может обойти человека кругом, отчего тот заблудится. Выйти из круга нюлэсму́рта, из леса можно, как до сих пор известно, если надеть одежду, вывернув ее наизнанку. Нюлэсму́рт «особенно не оставляет без наказания хвастунов и выражающихся о нем неуважительно» [Верещагин, 1998: 212]. В состязании с хозяином леса выигрывает обычно человек: охотник, пришедший в лес, убивает больше белок, чем сам хозяин, и никого это не удивляет. Вуму́рта можно перехитрить.

«…Старик, указывая на жернов, говорит вумурту: “Это моей матери прястень, а это (указал на лодку) – сеяльница ее же. Ты привяжи прястень к правой ноге, а сеяльницу к левой и соскочи с берега в озеро”. Вумурт поверил старику-рыбаку и сделал, как велел хитрый старик… Шагнул вумурт раз-другой – и спрыгнул с крутого берега в воду. Жернов быстро пошел ко дну, а лодка упиралась, отчего вумурта разорвало пополам» [Верещагин, 2001: 108].