Книга Сердце проклятого принца, страница 202 – Кристин Бах

В его глазах появилось тепло. Музыканты заняли места. Первый танец открывали новобрачные. Рейнар вывел меня в центр галереи, положил ладонь на талию и дождался первых тактов.

— Теперь все смотрят не на лесную целительницу, — сказал он.

— На наследницу с землями?

— На жену принца.

— А ты?

Рейнар повёл меня в танце.

— Я вижу женщину, которая заставила меня есть овсяную кашу и считает это нравственной победой.

— Значит, корона ничего не изменила.

— Я на это надеялся.

После первого танца меня пригласил пожилой посол Вальдена. Он говорил о климате, северных травах и своей больной пояснице, поэтому к концу музыки получил рецепт согревающей мази. Рейнар наблюдал с края зала, разговаривая с министром. Теперь я умела различать его ревность даже под выражением государственного внимания.

Когда посол проводил меня обратно, путь преградил Аларик. Герцог поклонился и протянул руку.

— Позволите третий танец, ваше высочество?

На пальце по-прежнему не было печати. Я посмотрела на Рейнара. Он не вмешался, только слегка нахмурился, словно сам не понимал причины тревоги. Отказ привлёк бы внимание всего двора. Согласие давало возможность задать вопросы.

Я вложила ладонь в руку Аларика.

— С удовольствием, ваша светлость.

Музыканты подняли смычки.

Третий танец оказался вальсом.

Аларик вывел меня в центр галереи уверенно, будто приглашение было простой любезностью, а не продолжением разговора, начавшегося возле восковой печати в Эшворте. Его ладонь легла поверх моей перчатки, другая остановилась на талии. Музыка поднялась под своды, пары пришли в движение, и придворный зал закружился золотом, шёлком и отражениями в высоких зеркалах.

Герцог танцевал безупречно. Не считал шаги, не смотрел под ноги и вёл так легко, что широкая юбка ни разу не задела соседнюю пару. Он улыбался знакомым, отвечал на поклоны и одновременно следил за мной с вниманием, не имевшим отношения к танцу.

— Вы держитесь лучше, чем многие женщины, выросшие при дворе, — заметил он.

— Маменька учила меня танцевать.

— В лесном доме?

— На кухне. Стол мешал поворотам, зато после него любой бальный зал кажется просторным.

— Нора Хейл всегда умела готовиться к невероятному.

— Она готовилась к тому, что однажды мне придётся вернуть имя.

— И выбрала для этого самый опасный момент.

Аларик развернул меня, пропуская мимо другую пару. Его тон оставался лёгким, почти участливым.

— Почему опасный?

— Потому что вы появились рядом с Рейнаром тогда, когда вокруг него снова начали умирать люди.

Слова прозвучали негромко. Улыбка герцога не изменилась. Со стороны мы выглядели родственниками, мирно беседующими на семейном празднике.

— Вы говорите о загонщиках?

— О них, о медведе, о пропавших егерях. Теперь в столице объявилась наследница состояния, способного содержать небольшую армию. Старая любовница Рейнара изгнана, придворный врач оскорблён, боковые наследники Розвудов теряют земли. Вы приобрели много врагов за короткое время.

— Любовницу изгнал Рейнар. Доктор оскорбил себя сам. Родственники получили земли после моей мнимой смерти. Не вижу причины брать на себя их решения.

— Двор редко интересуется справедливостью причин. Ему достаточно удобной связи.

— И какой вывод мне следует сделать?

— Быть осторожнее. Люди, потерявшие выгоду, непредсказуемы.