Книга Жених без ГМО, страница 30 – Ирина Лав

В углу — советский токарный станок. На стенах — полки с инструментами, разложенными с фанатичной любовью. Каждый ключ висел строго по размеру.

— Ну вот, — сказал Сеня глухо. Голос дрогнул. — Помнишь же местечко. Я здесь вырос. Первые джинсы Lee отсюда вынес, барыгам толкнул, чтобы батю от кодировки оплатить. Всё своими руками.

Воздух здесь пропах машинным маслом, озоном от сварки и старым деревом верстака. Это был запах мужчины. Настоящего, который может построить дом голыми руками.

— Зачем ты привез меня сюда? — спросила Катя осипшим голосом. Ей стало стыдно за свою стерильную квартиру, где единственным инструментом был штопор для вина.

— Хочу, чтобы ты знала, кто будет чинить твою машину, если этот твой хмырь забудет залить омывайку, — хмыкнул он, но улыбка вышла кривой. — А если серьезно… Здесь никто не услышит, если мы будем кричать.

Он шагнул к ней одним движением. Пространства между ними больше не существовало. Его ладони легли на её бедра, сжали их с грубой силой, раздвигая ноги.

— Скажи мне «нет», Кать, — прорычал он прямо в губы. — Скажи сейчас, пока я еще могу остановиться. Потому что дальше я тебя просто возьму. Прямо на этом верстаке, среди дедовых инструментов. И тебе это понравится.

Разум кричал об опасности. О том, что дома ждет идеальный Павел. О том, что завтра лететь обратно. О том, что этот мужчина — полная противоположность её выстроенному миру.

Но тело предало её первым. Колени подогнулись сами собой. Она вцепилась в ворот его свитшота, притягивая к себе.

— Возьми, — шепнула она.

Семёну не нужно было повторять дважды.

Следующие несколько минут превратились в первобытный хаос. Звук рвущейся ткани (прощай блузка). Звонкий удар ее туфель о бетонный пол. Скрежет металла, когда Сеня спиной задел крыло старого Кадиллака.

Он прижал её к холодному верстаку. Одной рукой задрал юбку практически до талии, другой расстегнул собственные джинсы. Никакой прелюдии, никакой ванили. Только животная потребность обладать друг другом здесь и сейчас.

— Ноги закинь мне на талию, — приказал он.

Она послушалась. Холод верстака обжигал лопатки через тонкую ткань, контрастируя с раскаленным телом Сени. Он вошел в неё резко, одним толчком, выбивая воздух из легких.

Это было больно. Это было правильно.

Каждый толчок сопровождался лязгом гаечного ключа, случайно задетого локтем, и тяжелым дыханием двух людей, которые слишком долго играли в цивилизованных взрослых. Катя царапала его плечи, сквозь плотную ткань, выгибалась дугой, встречая каждое движение бедрами.

Мир сузился только до этого гаража. Никаких мыслей о свадьбе, детях или очередном кредите. Только пульсирующий ритм поршней огромного двигателя жизни, который наконец-то завелся.

Когда волна накрыла её с головой, заставив закричать в голос, Сеня поймал её крик своим ртом, заглушая стоны глубоким поцелуем. Он последовал за ней секундой позже, тяжело навалившись сверху, уткнувшись лицом в изгиб её шеи.

Тишина вернулась только спустя вечность. Было слышно, как где-то капает вода из прохудившейся трубы и как громко тикают настенные часы с нарисованной волчьей мордой.

Сеня медленно опустил её на ноги. Поправил её задранную юбку, стараясь прикрыть обнаженное тело, хотя сам стоял с полуспущенными штанами.