Книга Оценщик проклятого хлама: Лавка на Мёртвой улице, страница 198 – Евгений Ключников

Саверий усмехнулся.

— Наконец-то в лавке появился взрослый человек.

Вечером они оформили ещё один документ.

Не большой акт, как после известковых ям. Короткое дополнение. Никон писал медленно, стараясь удержать формулировки сухими.

Дополнение к лавочному акту связующего наблюдения.

При внутренней храмовой сверке обнаружено подземное хранилище вещей безымянных лиц и тел с повреждёнными, заменёнными или неустановленными привязками. В значительной части осмотренных предметов выявлены признаки намеренного ослепления личной связи: след зелёного воска, пепельной соли и отделения имени от подтверждённого владельца.

Обнаружена деревянная детская лошадка, официально числящаяся уничтоженной. Предмет связан с узлом Р.Ф., известковыми ямами, местом переписи и личной костяной меткой исчезнувшего лица, называемого Неллой Ри братом. Предварительный вывод: текущие подмены имён не являются единичными случаями и могут быть частью продолжительно действующего порядка переписи живых, мёртвых и безымянных лиц.

Он остановился.

Саверий прочитал.

— «Порядка»?

— Да.

— Не «системы»?

— Система звучит слишком широко для лавочного акта.

— А порядок — достаточно скучно.

— Именно.

— Оставляй.

Никон дописал:

Официальную передачу внешним учреждениям отложить до создания нескольких независимых копий, проверки Иглой ложного шва и установления безопасного способа предъявления сведений.

Мирана, сидевшая у печи, сказала:

— Независимые копии.

— Да.

— Сколько?

— Минимум три.

— Одну мне снова продадите?

Саверий посмотрел на неё.

— Теперь дороже.

— Почему?

— Риск вырос.

— Тогда не возьму.

— Поэтому дороже.

Они торговались почти минуту. В итоге Мирана купила за один медяк шифрованную полоску бумаги, где не было имён и прямых формулировок: только последовательность знаков, номера предметов, отметка храма, зелёный воск и сокращение Р.Ф. Вторую копию Саверий спрятал в лавке. Третью решил подготовить после развития иглы и передать сестре Эльзе через отдельный путь, не связанный с храмовыми книгами.

— Кому можно доверять? — спросил Никон.

Саверий ответил:

— Никому полностью. Поэтому и нужны несколько копий.

— Удивительно светлая философия.

— Зато практичная.

Позже, когда лавка затихла, Никон достал тайные заметки.

Мирана действительно осталась у печи и делала вид, что спит, но он видел: глаза у неё иногда открываются. Саверий сидел у прилавка, перебирая ключи. Лошадка лежала в отдельном деревянном ящике, обложенная солью и храмовой тканью. Пуговица — под стеклянным колпаком. Дальняя полка молчала.

Никон писал:

63. Склад безымянных при храме. Десятки вещей со сбитыми или заменёнными привязками. Пуговицы, жетоны, ремни, пряжки, детские амулеты, игрушки. Многие намеренно ослеплены. Метод повторяется: зелёный воск, пепельная соль, отделение имени от тела, повторная запись.

64. Свежий зелёный воск обнаружен на двери храмового склада. Значит, кто-то из сети имеет доступ внутрь храма или действует через человека с доступом.

65. Детские вещи. Некоторые владельцы числились мёртвыми, но оставались живы после оформления смерти. Это не только подмена трупов. Живых заранее переводят в категорию мёртвых или безымянных, чтобы затем переписать.

66. Деревянная лошадка из секции 3, ячейки 1. Официально сожжена, фактически хранится. Вещи ребёнка, записанного под именем Р.Ф. Лошадка может стать дорогой домой или приманкой безымянных детей. Связана с порогом переписи.