Книга Жена вместо сестры для Отморозка, страница 221 – Евгений Ключников

Лицо Миланы исказилось.

— Ты стала жестокой.

— Нет. Просто точной. Мне сказали, что это заразно.

— Он тебя испортил.

— Нет. Вы меня подготовили.

Милана шагнула ближе.

— Ты все равно ему не пара.

— Возможно.

— Ты не сможешь быть такой, какая нужна мужчине вроде него.

— А ты смогла бы?

— Да.

Ответ был мгновенный. И в нем было столько обиды, что Ася вдруг увидела не только красивую злую сестру, но и испуганную женщину, которая впервые поняла: ее идеальная витрина может не открывать нужные двери.

— Нет, — сказала Ася мягче, но от этого жестче. — Ты смогла бы быть такой, какую показывают рядом с мужчиной вроде него. А Дамиру, как выяснилось, опасно быть рядом с теми, кто умеет только показываться.

Милана замахнулась бы?

Возможно.

Но в этот момент дверь гостиной открылась.

Лариса Аркадьевна вошла без стука, как всегда входила туда, где считала пространство своим. За ней — отец.

Ася не удивилась. Дом слушал. В доме Лебедевых стены всегда работали на сильных.

Виктор Сергеевич был в темном костюме, хотя дома, очевидно, не собирался на встречу. Лицо спокойное. Слишком спокойное. Лариса — бледная от злости, но собранная.

— Что здесь происходит? — спросил отец.

Ася повернулась к нему.

Раньше этот тон заставил бы ее тело напрячься автоматически. Сейчас тоже напряглось. Но она осталась стоять прямо.

— Я приехала обсудить с Миланой ее попытку сфабриковать компромат.

Милана резко сказала:

— Папа, она несет бред. Она ворвалась...

— Я вошла через дверь, — перебила Ася. — Меня впустили.

Лариса посмотрела на телефон на столе.

— Что это?

— Фото, которое Милана отправила мне вчера. С подписью, рассчитанной на то, чтобы я решила, будто между ней и Дамиром была близость.

Отец перевел взгляд на Милану.

Та впервые выглядела не уверенной. Не напуганной полностью, нет. Но пойманной в неприятном месте.

— Это личное между сестрами, — сказала Лариса быстро.

— Нет, — ответила Ася. — Это вмешательство в мой брак.

Слова прозвучали громко в этой комнате.

Мой брак.

Она сама удивилась, насколько твердо это сказала.

Отец прищурился.

— Твой брак, Анастасия, возник не по любви. Не надо делать из него святыню.

— Я не делаю из него святыню. Я делаю из него границу.

Он замолчал.

— Вот детали, — продолжила Ася, открывая скриншоты. — Отражение в стекле. Тамара Петровна у двери. Часы. Телефон в руке Миланы. Поза Дамира в отражении. Фото постановочное. Если оно появится где-то еще, у меня есть запись сегодняшнего разговора и независимый адвокат, которому уже переданы материалы.

Лариса побледнела.

— Ты записывала?

— Да.

— Как низко.

Ася посмотрела на нее почти с интересом.

— После всего, что вы делали в моей жизни, именно запись разговора кажется вам низкой?

— Ты пришла в дом отца с угрозами?

— Нет. Я пришла с предупреждением.

Отец шагнул вперед.

— Ты слишком много себе позволяешь.

И вот тут старое почти вернулось. Слишком много себе позволяешь. Сколько раз он говорил так маме? Ей? Любому, кто выходил из отведенного места? Ася почувствовала, как внутри холодеет, но уже не от страха. От злости, которая наконец знала, куда встать.

— Нет, — сказала она. — Я слишком долго позволяла вам.

Тишина.

Даже Милана замолчала.

— Милана больше не пишет мне про Дамира. Не приезжает к нему без моего ведома. Не делает фотографии, не распространяет намеки, не играет в спасенную невесту. Лариса Аркадьевна больше не присылает мне просьбы фотографировать чужие кабинеты. А вы, папа, больше не пишете мне о том, что Воронцову будет интересно узнать обо мне или о маме. Если у вас есть правда — говорите прямо. Если есть документы — передавайте через адвокатов. Если есть угрозы — я тоже буду передавать их через адвокатов.