Книга Жена вместо сестры для Отморозка, страница 143 – Евгений Ключников

— Он этого хочет, — сказала она едва слышно. — Посмотри на Орлова.

Дамир не обернулся сразу. Но что-то в его лице дрогнуло.

— Дамир, — повторила она. — Если ты ударишь, они похоронят Рустама еще раз. Уже твоими руками.

Это попало.

Она почувствовала, как его кулак под ее пальцами дернулся. Не разжался. Но перестал идти вперед.

Кравцов усмехнулся.

— Какая трогательная сцена. Новая жена держит зверя на поводке?

Ася повернулась к нему.

И впервые за вечер почувствовала не страх, а холодную, ясную злость.

— Борис Павлович, — сказала она громко, чтобы услышали не только они, — вы только что пришли на благотворительный вечер, посвященный детским медицинским программам, и попытались спровоцировать человека, у которого погиб брат. Очень смело. Особенно если учесть, что вы сделали это при свидетелях, рядом с Сергеем Орловым, который почему-то не спешит вас остановить.

Орлов поднял глаза.

В комнате стало еще тише.

Кравцов моргнул.

— Вы не понимаете, во что лезете, девочка.

— Мне это часто говорят мужчины, которым очень не хочется объяснять, что именно они прячут.

Несколько гостей переглянулись. Кто-то сделал шаг назад. Кто-то достал телефон, но тут же убрал, встретившись взглядом Грановского.

Дамир молчал. Его рука под ее ладонью все еще была напряжена, но он уже не рвался вперед.

Ася продолжила, хотя сердце било так сильно, что голос мог сорваться в любую секунду:

— Вы обвиняете Дамира в смерти брата. Хорошо. Значит, вы знаете обстоятельства достаточно подробно. Тогда, может быть, расскажете, почему Рустам перед смертью искал документы по северному проекту? Почему после аварии исчезли записи с камер? Почему партнеры так боялись его вопросов? Или вам удобнее обсуждать чужую вину, не касаясь собственной памяти?

Лицо Кравцова изменилось.

Не сильно. Но достаточно.

Он не ожидал этого от нее. Никто не ожидал. Даже Дамир, кажется.

Орлов подошел ближе.

— Анастасия Викторовна, — сказал он мягко, — не стоит превращать вечер в допрос.

— А вы не превращайте траур в приманку, Сергей... — Она на секунду замялась, но тут же продолжила: — Простите, отчество не знаю. У нас все происходит так быстро, что я еще не успела собрать полный список людей, которые знали о смерти Рустама больше, чем говорили.

Теперь уже улыбка исчезла и у Орлова.

Дамир тихо произнес:

— Ася.

Это было не предупреждение. Скорее граница: достаточно. Она услышала.

И именно тогда он разжал кулак.

Не полностью. Но достаточно, чтобы ее пальцы перестали лежать на камне.

Она не отпустила сразу. Подождала еще секунду. Потом медленно убрала руку, но осталась рядом.

Кравцов попытался вернуть себе прежнюю наглость.

— Твоя жена быстро учится, Воронцов.

Дамир посмотрел на него. Взгляд был все еще страшным, но уже управляемым.

— Моя жена, Борис Павлович, за два дня поняла больше, чем вы рассчитывали. Это начинает становиться проблемой, да?

Кравцов хотел ответить, но Орлов положил ему руку на плечо.

— Хватит, Борис.

— Да я...

— Хватит.

Вот теперь Ася услышала настоящую власть в голосе Орлова. Не громкую. Не грубую. Так говорят люди, привыкшие, что приказ исполняют до того, как он становится приказом. Кравцов сжал губы, но отступил.

Орлов перевел взгляд на Дамира.

— Не стоило.

— Согласен, — сказал Дамир. — Не стоило приводить его сюда, если он так плохо держит алкоголь и старые версии.