Книга Игра в измену, страница 5 – Мари Соль

В нашу спальню он приходит уже одетый в домашние брюки и футболку. Привычный образ теперь так конфликтует с увиденным ранее.

— Ань! Дай я всё объясню? — произносит.

— Она ещё здесь? — говорю в сторону двери.

Димка чешет затылок:

— Ань… Люда, она… Она не виновата! Это всё я. Я её склонил к этому…

Я выставляю руки перед собой и вся трясусь:

— Я не хочу даже слышать, кто и кого, и к чему… Избавь меня от подробностей, умоляю! Я итак слишком много видела!

— Ань, — выдыхает болезненно, — Анечка, Анют…

— Не называй меня так, — отрицаю.

Думаю, с чего бы начать. В любом случае, нам нужно развестись. Это даже не обсуждается. А эту дрянь выгоню! Пусть ищет другую работу. И других мужей вынуждает… лизать.

«Господи», — меня опять передёргивает от отвращения. Наверное, я ещё долго не смогу это развидеть.

Димка, вопреки моему нежеланию слушать, закрывает дверь нашей спальни. Прислоняется к ней, закрывая собою замок. Он высокий и стройный. Не толстый, не худой. И всего в нём в меру. И роста, и веса. Красавцем я бы его не назвала. Но ведь не в красоте дело? К тому же, мужчинам простительно.

Высокий лоб — признак большого ума. Нос «ястребиный», чуть загнутый. Уши забавные, чуть оттопыренные. Такие же точно у Макса…

— Анют, ты пойми, что всё это игра, — он разводит руками.

Я замираю, перестав мерить спальню шагами:

— Игра? Ты о чём?

— Ну…, - он чешет висок, — Ань! Понимаешь… Вот это… Ну, то, что ты видела. Я как бы к этому тяготею.

Я отступаю:

— С каких это пор?

Димка выглядит смущённым. Он даже покраснел и глаза опустил. Ну, точно, как Макс, старший сын, когда я однажды застукала его за этим делом… Ну, когда он, скажем так, совершал подробное знакомство со своей анатомией.

— Давно, ещё… до тебя.

Я так молча и сажусь на край кровати. Сглатываю, даже не в силах ответить.

— Просто я…, - продолжает Димка, — Я не решался тебе об этом сказать. Ну, много раз пытался, понимаешь? Ну, как об этом расскажешь? Я боялся, стыдился… не знаю! Просто потом… я тебя полюбил. И мне стало всё равно, как это будет. Я люблю секс! С тобой. Всё, что мы делаем, Ань, всё это мне нравилось и возбуждало. Но вот это…, - он кивает себе за плечо.

Где-то там стоит Люда. Интересно, что она думает сейчас? Понимает ли она, что натворила?

— Я, — Димка опять осекается, смотрит в сторону, — Мне это нужно, пойми.

Я вспоминаю сериал «Отчаянные домохозяйки». Давно смотрела. Там была такая героиня, одна из подруг. Бри, кажется? Педантичная до невозможности. Она мне восковую куклу напоминала. А потом выяснилось, что её муж захаживал к местной проститутке и там осуществлял свои садо-мазо фантазии.

— Господи, — я закрываю глаза и сверху ладонями, чтобы не видеть его даже сквозь закрытые веки. Но вижу! Отчётливо вижу всё. И его. И её. И даже эту проклятую кость, им облизанную после Шустрика.

«Ведь я же не Бри», — с грустью думаю про себя. Я всегда насмехалась над этой героиней сериала. Думала — ну как от такой не загулять? Она же сексом, наверное, даже в этом накрахмаленном платье занимается?

Но ведь я не такая! Я же не Бри! Я всегда уступала во всём. Хочешь оральный секс? Пожалуйста! Анальный? Ради бога! Сбоку, спереди, сзади, по-всякому. Я готова на всё…

«А на всё ли?», — тут же парирует мозг. Нет! Вот на то, что я видела, я не готова.