Книга Юлька в поисках любви, страница 22 – Мари Соль

— Как тебе Димка? — интригующе шепчет подруга, — Красавчик, скажи?

— Ну, такой, — пожимаю плечами.

— Ну, не хуже, чем Савушкин! — издевательски фыркает Лёлька.

Тут, как услышав, на балкон выползают мужчины. На фоне Васятки, с его животом и размякшей от выпивки рожей, Димка выглядит как огурец. Хотя тоже не раз опрокинул стопарик!

— Чё, девочки, курите? Портите зубы? — добродушно смеётся Васёк.

И я практически вижу, каким он будет лет через двадцать. Таким же! Весёлым и мягким. Уютным и тёплым. Как пуф!

Димка стоит, прислонившись к стене. Сигарета во рту придаёт ему сходства с каким-то актёром. Бен Аффлек! А я? Уж не хуже, чем Дженнифер Лопес. Правда, помню, расстались они. Мы с Лёлькой тогда сильно плакали...

— Наши зубки ничто не испортит! — улыбается Лёля, демонстрируя белый оскал. Отбелила недавно!

— А я не курю, — пожимаю плечами, — Почти.

Димка дымит у меня за спиной:

— Это правильно. Девушка с сигаретой во рту — это не сексуально.

— А с членом во рту? — изрекает Васёк и его настигает икота.

Лёля вздыхает:

— Ой! Краснолицый! Надрался уже? С двух подходов.

Она ласково щиплет его за животик. Вася жмётся, пытаясь втянуть:

— Чёй-та я краснолицый? Ик!

— И чего Дашка нашла в тебе? Не понимаю! — смеётся подруга.

— Я — верный! — кивает Васёк.

— Легко быть верным, с такой физиономией, — Лёля берёт его под руку.

Васёк настороженно хмурится. Пытаясь понять, это был комплимент, или нет?

— Идём, расскажу тебе сказку про белого козлика, — тянет Лёлька его в приоткрытую дверь.

Вася противится:

— Я хотел покурить!

— Куда тебе курить? Ты итак еле стоишь на ногах!

— Я нормально стою!

— Потому, что я тебя держу! Сейчас тебе от Дашки влетит.

— За что? Я ничего не сделал!

Подмигнув мне, Лёля уводит Васятку. И мы остаёмся одни. Дима курит. Молчит. Я стою, глядя вдаль.

— Васька сказал, ты одна? — звучит его голос.

Беспардонный вопрос. Но такая кричащая прямолинейность заводит меня.

— Ну, допустим, — отвечаю я с вызовом.

Лёгким движением рук распускаю пучок из волос.

Димка, шумно сглотнув, отвечает:

— А ты всё такая же, как на крестинах.

— Какая? — я щурюсь.

Он смотрит:

— Красивая.

Что-то во взгляде пугает меня. Он как будто уже отымел меня здесь, на балконе. И внизу живота так тепло, и колени слабеют...

— Спасибо, — смущаюсь, — А ты изменился.

— Я знаю, — бросает бычок за окно.

— Эй! Так нельзя! — я, подавшись наружу, наблюдаю его траекторию, — Ты в курсе, что так происходят пожары? Он может упасть на чужой балкон. Не успев догореть...

Чувствую близость. И запах. Горячий, слегка горьковатый парфюм.

— Не бойся, я погасил его, пальцами.

Он без спроса касается. Прячет мне за ухо прядь. Я стою неподвижно. Боюсь посмотреть на него.

Стук в окно раздаётся внезапно. Физиономия Лёльки за шторой:

— Идёмте есть торт!

— Пойдём? — он берёт меня за руку.

А я почему-то совсем не противлюсь. Напротив! Приятная, мягкая сила влечёт за собой. Вынуждает отдаться порыву. Наверное, я уже знаю заранее — мы переспим! И... предвкушение этого так будоражит.

Короткий период прелюдии длился неделю. Этого времени нам с Димкой хватило, чтобы друг друга немного узнать. Оказалось, он тоже недавно расстался. Это сблизило нас ещё больше! И на второе свидание, когда он меня провожал, мы долго сосались в подъезде.